Форум » Как это было » Дом Мастера Дроссельмейера » Ответить

Дом Мастера Дроссельмейера

Мастер Дроссельмейер: Двухэтажный дом на Бирюзовой улице, являющийся обителью и лабораторией Мастера Дроссельмейера. Над дверью весит медная табличка с высеченной надписью: "Post Tenebras - Lux." (лат. После тьмы - свет.) Из здания периодически доносятся странные звуки и валит дым. Рискнувшего войти встретят нагромождения игрушек, полу разобранных и целых механизмов неизвестного назначения и конечно же ожившие куклы. Некоторые из них бродят по дому и помогают Мастеру в его работе, другие же молчаливо весят на стенах или свалены по углам. Большинство из них разумно, но не в одном из взглядов вы не встретите проблеска эмоций. Исключение - Аня Ангел. Эта кукла выполнена в полный рост, в виде тринадцатилетней девочки в аккуратном белом платьице с ангельскими крылышками за спиной. Во время одного из своих экспериментов Александр пролил на разумную куклу один из "черновых" вариантов Эликсира Счастья и она обрела способность чувствовать и испытывать эмоции. С тех пор Дроссельмейер относится к ней как к родной дочери. Весь подвал занимает лаборатория. Там постоянно что то щёлкает, булькает и взрывается. Без крайней нужды соваться туда крайне не рекомендуется, убьёт. Более-менее в приличном состоянии находится лишь комната Кукловода и кухня на первом этаже. Остальные помещения в доме используются в качестве склада ненужных изобретений.

Ответов - 10

Мастер Дроссельмейер: День второй. Раннее утро. Дин-дон, Дон-дин-дин... Зазвонили часы над кроватью Мастера, пробуждая того ото сна. "Утро. Пора встовать..." Он открыл глаза. Рядом уже стояли послушные куклы с одеждой в руках. - Как хорошо что у меня есть вы. Тихе слушатели и отличные помощники. Вы куда надежнее людей... Вздохнув Александр поднялся с кровати и облачился в повседневную одежду. Голова болела, а память отказывалась рассказывать о предыдущем дне. "Пометка: вчера произошел очередной приступ безумия. Судя по отсутствию значительных разрушений я не был повышенно агрессивен. В памяти сохранился лишь минимум информации. Нужно попросить Аню рассказать о вчерашнем дне." Спускаясь по лестнице он привычно обходи залежи разнообразного хлама. Казалось что он их вовсе не замечает. оказавшись в лаборатории он с интересом огляделся. Вокруг все кипело, светилось и взрывалось. Повсюду шныряли неугомонные куклы выполняя поручения доктора. В этом хаосе островком спокойствия выделялся стол с целой кучей колб источающих мягкое золотистое свечение. Рядом с ним, на стуле, сидела крылатая девочка и болтала ножками. - Ой! Папка! Ты проснулся! А я уж думала что вечность дрыхнуть будешь. Мы очередную порцию Элексира приготовили! - Во первых не кричи. Во вторых не груби старшим. В третих я не просил что бы ты здесь устраивала самоуправство. - Ну пап! Сделав обиженное лицо, Аня убежала из лаборатории. "И зачем я её сделал на свою голову?" - Арлекин! Рядом выросла кукла в шутовском наряде. - Вчера вас посещала её величество и потребовала новое оружие. вы продемонстрировали ей Проект №164. Винтовка "Джизель" повышенной поражающей мощи. Плюс урановые пули. - Хм... Хорошо. Начинайте испытание новой партии, а я займусь винтовкой. Арлекин поклонился и исчез, а Мастер направился в глубь лаборатории.

Мастер Дроссельмейер: День второй. Утро. Доктор с трудом открыл глаза. В воздухе плавала пыль и мелкие клочки бумаги. - Пап? Он перевёл вгляд на лицо склонившийся над ним девочки. "Аня... Хм... Я не чувствую пальцев левой руки. Похоже что в той склянке был порох. Какая досадная невнимательность..." - Я жив. Подай мне восстанавливающий раствор. Кукла принесла бутылочку с серебристым раствором и вылила на искалеченную кисть левой руки Дроссельмейера. Жидкость впиталась в кожу и через несколько секунд началось восстановление тканей, а через минуту рука вновь была целой. - Спасибо, доча. Мастер поднялся с пола и огляделся оценивая разрушения. Один из столов развалился на куски, разбился десяток колб и пара агрегатов, назначения которых не помнил даже зам создатель. "Ну, всё не так уж плохо... Потери минимальны... Винтовка!" Оружие валялась неподалёку, запылённое, но абсолютно целое. Подобрав винтовку он положил её на один из менее заваленных столов. Из клуба пыли вынырнул арлекин. - Вся партия проверенна. В четвёртом и шестнадцатом образце обнаружен ценный фактор - понижение уровня радиации в жидкостях. - Отлично! Зафиксируй точный состав. Аня, пойдём прогуляемся. Покинув лабораторию Александр и его "дочь" вышли в прихожую. Мастер одел серый осенний плащ и серую же широкополую шляпу, Ангел - белую вязанную тунику до пят. Облачившись они покинули дом. /Улочки/

Мастер Дроссельмейер: День второй. Полдень. /Магазин игрушек Папы Карло/Улочки/ Доктор Гаспар внёс Куклу в дом, за ним, аккуратно ступая, вошла Ангел. - Я сделаю то, что не смог сделать много лет назад. Ты вновь сможешь двигаться, говорить, на твоём лице будут отражаться эмоции. Ты расскажешь мне свою историю. Забытая, брошенная кукла... Аня, скажи остальным, пусть приготовят стол для неё. Девочка кивнула и убежала вниз, а мастер, передав Куклу двум пажам, неторопливо снял плащ и шляпу, надел кожаный фартук и перчатки. Пальцы правой оканчивались удобными в работе лезвиями и крючками. Когда он спустился в лабораторию, Куклу уже раздели и положили на стол. Дроссельмейер подошёл к ней и принялся осматривать её в поисках старых ран. "Неплохо зашиты. Швы аккуратные, стежки ровные, краска подобрана очень удачно..." Указательный палец, с закреплённым на нём лезвием, скользнул по швам, перерезая их. Доктор принялся за работу. Руки скользнули в открывшиеся раны, извлекая повреждённые внутренние детали. "Отлично. Скелет и основная часть в достаточно хорошем состоянии." Он вставил ей сердце из псевдоорганики - материала созданного смесью науки и магии. "Оно будет давать ей жизнь." Пальцы быстро двигались, заменяя детали на более новые, совершенные. - Ты будешь почти как человек, но в тебе не будет человеческой уязвимости. Мастер взялся за лицо, придавая ему подвижность, способность смеяться и плакать. Пара разрезов на горле и Кукла вновь способна говорить. - Ну вот... Он вылил на раны и разрезы восстанавливающий раствор. Ткани быстро восстановились, раны исчезли. Александр преложил к груди куклы пару электродов. Разряд, и сердце забилось, возвращая обладательнице контроль над телом. Доктор убрал электроды и снял перчатки. – Итак... Кукла, как тебя зовут?

Кукла: День второй. День. /Транспортирована из магазинчика игрушек Папы Карло/ Кукла совсем было загрустила, когда на обозреваемом ею пяточке улицы показалась фигура странно знакомая. Где-то она уже видела этого человека, но… должно быть он изменился, ели она не могла вспомнить имени. А потом… он заметил ее, точнее не он, а девочка идущая рядом с ним. Уже в магазинчике, когда он коснулся ее, Кукла узнала эти руки; он заговорил, и она узнала его голос. Доктор Арнери, конечно, это был он! Как же она была рада его видеть. Пусть он и не сумел подчинить ее тогда, это ничего, она привыкла, но он… он не бросит ее, ведь так?.. Она больше не окажется на улица и не будет рассматривать булыжники мостовой, только потому, что больше ничего не попадает в круг ее обозрения. Так приятно было когда кто-то рядом. Кукла даже не обращала внимания на такие заманчивые обещания. Пусть ее не подчинят – это все неважно, если только больше не будут оставлять одну. Голова склонилась на плече доктора Арнери, если бы Кукла, могла, закрыла бы глаза, наслаждаясь, по ее скромным меркам, полным счастьем, которое только может быть доступно сломанным куклам. «Интересно, доктор Арнери знает, что случилось с наследником Тутти, и с той девочкой – его сестрой, Суок?» - Если бы Кукла узнала, что с ее драгоценным Тутти все хорошо – это было бы пределом ее кукольного счастья. А потом ее раздели, опять, и положили на стол. Конечно, Кукла не была обычной живой девушкой, она не испытывала смущения от того, что ее переодевают, не умела краснеть, но все же такое внимание к ее поломанной персоне, с таким завидным упорством за такой короткий промежуток времени… А потом Кукла почти умерла. Если бы она умела чувствовать, наверное, ей было бы очень больно. А так ей просто было грустно – она не могла ничего видеть, почти не могла думать, только надеялась, что это небытие когда-нибудь закончится. Кукле показалось, что она снова выпала из окна – как тогда, когда ее столкнули, чтобы освободить место для пушки. Это было неприятно, но что-то очень похожее на внезапную вспышку боли, быстро прошло и… и Кукла открыла глаза, совершенно самостоятельно. Моргнув, она посмотрела на человека, склонившегося над ней. - Доктор Арнери. – Кукла вздрогнула от неожиданности: никогда раньше она не умела говорить, даже когда еще жила во дворце вместе с наследником Тутти. Оказалось, что голос у нее глубокий и бархатистый. Все это было так восхитительно странно. – Доктор Арнери! – Повторила Кукла, и, кажется, улыбнулась.

Мастер Дроссельмейер: День второй. День. Доктор провёл рукой по лицу Куклы и улыбнулся. - Замечательно! Ты можешь говорить и двигаться. Я всё сделал верно. Он обошёл стол по кругу, осматривая свою "пациентку". - Потрясающе... Пренисите её платье и налейте мне чаю. Появилась пара кукол в одинаковых серых туниках. В руках одной из них была одежда Куклы, у другой - поднос чашкой чая. Передав безымянной её одежду Арнери взял свою чашку и шумно отхлебнул. - Неплохо... Да, Матильда? Есть что то интересное? К мастеру подошла кукла в виде пушистой персидской кошки. - Мур... В город прибыли циркачи - Тутти и Суок. - Что? - Мастер поперхнулся чаем и закашлялся. - Кха, кха... Тутти и Суок в городе? - Мур... Да. Но на площади случилась драка и во время её их разлучли. Девушку оттеснили в сторону, а наследника захватил Крюк. - По какому обвинению? - Без обвинений. И приказа от королевы, по нашим сведениям, не поступало. - Странно... Ладно, отправляйся в Резиденцию и выясни всё. Ещё раз мурлыкнув, кошка покинула дом. Дроссельмейер в задумчивости опустился на стул. "Странно... Что Крюку понадобилось от Тутти? Нужно чем то занять себя, пока Матильда выесняет в чём дело." Он начал раскладывать на столе части кукольных тел. - Пообвыкнись. - обратился он к Кукле. - Возможно поначалу тебе будет трудно управлять телом. Ты наверное волнуешся за Тутти, но мы пока ничего не можем сделать. Остаётся только ждать. Мастер, что бы успокоить нервы, занялся любимым делом - созданием новых кукол.

Кукла: День второго дня. Кукла подняла руку и посмотрела на вою ладонь. Так странно… Раньше она могла двигаться не так свободно – механизмы суставов не позволяли этого. А теперь ее движения ничем не отличались от движений обычных людей, точнее не буду отличаться, когда она привыкнет. Сев на столе, она взяла протянутое платье и придирчиво осмотрела наряд. Возможно раньше ей бы такого в голову и не пришло, но теперь она стала с завидным упрямством отпарывать бантики и рюшечки, нашитые знакомой портнихой Папы Карло. Когда на полу выросла горка зеленых лоскутков, она решила, что пожалуй достаточно, тем более, что и отрывать больше было нечего, или платье перестанет быть платьем. Одевшись, Кукла аккуратно сделала несколько шагов – раньше у нее не очень хорошо получалось ходить, да и Тутти не нужно было, чтобы его Кукла бродила по залам дворца туда-сюда. Конечно, шла она пока не слишком уверенно, покачиваясь, и даже один раз едва не упала, но ей нравилось ходить, ей нравилось больше не быть поломанной. Известие о Тутти обрадовало ее. Кукла не очень хорошо поняла почему Крюк схватил наследника, и чем кому это может грозить, так что данная новость не вызвала у нее беспокойства. А вот известие о том, что Тутти и Суок в Изумрудном городе было по-настоящему чудесным. Медленно подойдя к доктору Арнери, Кукла задумчиво посмотрела, чем тот занимается. - Я умею ждать. – Ответила она ему. – Я привыкла. Кукла снова задумчиво посмотрела на свои руки, потом на запчасти, над которым колдовал мужчина. Она была совсем не похожа, на тех кукол, что делал он. Она была другая. Она была Кукла наследника Тутти, а сейчас таких не делают. Может потому, что нет наследников, которым одиноко и которым нужна подруга. - Доктор Арнери, спасибо, что подчинили меня.

Мастер Дроссельмейер: День второй. За полдень. Доктор мастерил куклу. Руки быстро скользили, соединяя части тела, создавая лицо и наряд. Через несколько минут перед ним стояла миниатюрная копия Джеймса Крюка в парадном наряде. - Не зачто. Я лишь сделал то, что не смог сделать много лет назад. Я рад, что ты вновь цела. Кстати, посмотри сюда. Он покопался в ящике стола и извлёк оттуда свёрнутый в трубку лист ватмана. Развернув его на столе, он придавил углы парой шестерней, чернильницей и куклой Крюка. На бумаге был чертёж куклы и портрет Суок. - Это чертежи Туба. Я нашёл их в подвалах дворца Толстяков. Когда-то я считал, что тебя уничтожили, и хотел создать копию по этим чертежам. Но руки так и не дошли. Твой механизм стал основой для моих разумных кукол, я его доработал. Но возможность испытывать эмоции мне удалось дать только Ане Ангел. Она и моя серая гвардия - это лучшие из моих кукол. Мастер вздохнул и окинул лабораторию взглядом. Обойдя стол он пошарил рукой в одной из куч хлама и извлёк оттуда порядком помятую пачку сигарет. Достав оттуда же спичечный коробок доктор закурил. "Это вредно для здоровья. Хотя при нашей атмосфере, это почти незаметно." - Я много работал. Создавал новые механизмы, кукол, игрушек и... И оружие. У Королевы жестокие методы, но она хотя бы пытается удержать страну от распада. Наверняка же есть менее жестокие способы... Горько это всё... Александр рассказывал. Кукла была достаточно благодарным слушателем, а ему нужно было выговориться. Он говорил о стране, своих изобретениях, куклах, людях, мыслях, обо всём, что приходило ему в голову...

Кукла: День второй. Вроде пока день. Кукла слушала. А слушать Кукла умела. Слушать и наблюдать, наблюдать и слушать – это то, что ей удавалось лучше всего, хотя бы потому, что очень долго это было единственное, что было ей доступно. Кое-что из рассказа доктора Арнери она не совсем хорошо понимала, но это было неважно. Она и раньше знала, или только догадывалась, что не все правильно в Волшебной стране. А сейчас, слушая мастера, только убедилась, что дело худо. Правда, она так и не могла уяснить – в чем же именно проблема. И тем более даже не пыталась искать, кто прав, а кто виноват. Когда поток слов доктора Арнери иссяк, она наконец решилась спросить. - Может быть, мы можем чем-нибудь помочь? Кукла не знала, что она может сделать. Ее делали как игрушку, которая бы развлекала маленького мальчика, заменяя ему сестру, с которой его разлучили. «Тутти, наверное, вырос. И Суок тоже…»

Мастер Дроссельмейер: День второй. День идёт. - Помочь? Да, конечно же, мы можем помочь. Фактически последнее время я только этим и занимаюсь. Мои исследования, я пытаюсь спасти нашу страну. И ты можешь попробовать. Твой механизм обновлён, ты можешь учится. Терпения тебе не занимать. Развивай себя и ты сможешь помочь другим. Доктор пододвинул к себе кресло, увешанное разнообразными инструментами. Скинув с сиденья ворох шестерёнок, он присел. "Кукла. Фактически идеальное создание. Терпеливая, наблюдательная, в меру умная, с новым механизмом легко обучаемая, главное, что бы у самой желание было. Нужно попросить её остаться у меня. Аня - хорошая девочка, но ей определённо не хватает терпения. Кукла будет отличной помощницей." Сигарета уже давно прогорела до фильтра и Гаспар достал новую. - Нужно будет узнать как дела у Тутти и Суок. Я давно их не видел... Наверно они сильно выросли и изменились. И внешне и внутренне. Чиркнув спичкой он зажёг сигарету и, затянувшись, выдохнул клуб дыма. "Тик-так, тик-так... Тикают часы. Ты малыш не спи. В норах шуршат крысы, они злы и любят грызть то, что человеком создано... Я размышлял: О Королева, Королева! Зачем ты мучаешь людей? Горя в жизни и без того много, зачем его умножать? Но понял я, что мысль твоя верна. Нам нужен строгий порядок, что бы удержать свою страну от распада. А для порядка, людям необходим кнут." Мастер улыбнулся. - Оставайся со мной, Кукла. Я буду тебя учить, а ты помогать мне. Всегда нужно начинать с малого.

Кукла: День второго дня. Разве Кукла могла отказаться от такого предложения? От предложения, которое ей делали впервые в ее странной нелегкой кукольной жизни… Да и куда бы она пошла, если бы отказалась? И зачем? Предназначением Куклы было быть кому-то нужной. И если сейчас она нужна мастеру Арнери, разве она может уйти. Кукла не привыкла к свободе выбора – какая может быть свобода у куклы, даже в сказке, тем более в такой, вывернутой на изнанку? Разве она могла огорчить человека, который подчинил ее и не выполнить его просьбу. - Конечно я останусь. – Кукла не привыкла улыбаться, потому и забыла это сделать, но если бы не забыла, обязательно улыбнулась бы. Подойдя к доктору Арнери – все еще не лишком уверенно: мудрено ли, за всю жизнь она сделала не больше десятка шагов и все за последние несколько минут – она опустилась на колени. Так было удобнее смотреть в глаза своему спасителю. - Я сделаю все, что вы скажите.



полная версия страницы