Форум » Как это было » Бар "Дверь в стене". День второй. » Ответить

Бар "Дверь в стене". День второй.

Сказочник: Более чем странное место на окраине Изумрудного Города. Подпольная торговля, самая запрещенная литература и периодика, низкокачественное спиртное по смешным ценам, и даже наркотики - все это здесь. На импровизированной сцене периодически дают концерты опальные музыканты - зачастую перед тем, как окончательно исчезнуть. Ходят слухи, что именно этот бар является центром черного рынка, что здесь за умеренную плату прячут и лечат неудачливых оппозиционеров... Много слухов ходит об этом месте. Ни один из них не был подтвержден или опровергнут - время от времени захаживающая полиция почему-то не находит ну ровным счетом ни-че-го. Держит бар Ореховый Сонь, пробуждающийся редко, но почему-то всегда знающий, что произошло и кто в этом виноват, а так же тихо и ненавязчиво держащий весь наркотраффик Волшебной Страны...

Ответов - 87, стр: 1 2 3 4 5 All

Чешир: День второй. Продолжение чаепития. Назвался лидером оппозиции, не имеешь права давать себе поблажки на усталость и магическое истощение. Чешир с тоской вспомнил, как легко и комфортно было вершить волшебство в Неверленде ранее, до наступления предапокалиптических времен. Сама материя, из которой создан этот мир, располагала к чудесам, прекрасным и невероятным. Теперь же простая невидимость, или необходимость принимать человеческий облик, обращалась борьбой с негибкой закостенелой тканью сказочной реальности. Но имеет ли он право расписываться в собственной беспомощности? Нет, только не перед этими детьми, которые должны ему поверить, должны понять, что он друг им, что они нуждаются в нем не меньше, чем он в них. Чеширский кот понюхал воздух. Конечно, в человечьем обличье обоняние притуплялось, но ведь не ароматы бара его интересовали. В городе не пахло паникой. Да, было что-то непонятное, новое и опасное, но это что-то не имело ничего общего с людским замешательством, которое вызвала бы новость об исчезновении Королевы. «Изумрудный город еще ничего не знает. Министры заперли новость во дворце. Это хорошо, паника на улицах только ослабила бы Волшебную страну. Это плохо, Вольфангу придется быть дважды осторожным. Еще и ливень.» - Чешир, как и любой другой кот, дождь не любил по вполне понятным причинам. - Ливень вреден для здоровья, но сейчас ливень наш союзник. В такую погоду стража не будет искать даже самого опасного нарушителя спокойствия. И не забывайте, ночью, не только все кошки серы. – Улыбнулся Чешир: волк поймет его намек, а вот остальным не от него узнавать об истинной природе Вольфанга. – И слушайте крыс, сейчас их братия наши союзники. Удачи вам, друг мой, и скорейшего возвращения с Сарой.

Маленькая Разбойница: День второй. Вечер. Лайа действительно молчала. И это было непривычно не только для Чешира, но и для нее самой. Хотя, сказать, что она отличалась излишней болтливостью значило бы солгать.. Ну, или, по крайней мере, приврать немного. Хотя, ничего особенного в этом не было: день, насыщенный на события и новые знакомства, надо же их все обмозговать да перемолоть в умишке! Тем более зародившийся диалог между главой оппозиции и жителями города (из которых по крайней мере один знал секретный пароль; мда, давно нужно было сменить агентуру или хотя бы новый придумать) прекрасно способствовал сему чрезвычайно полезному действу. Настолько чрезвычайному и настолько полезному, что Разбойница в какое-то мгновение пропустила вопрос Чеширского Кота. Ее слегка затуманенные и ловящие тусклые блики света в баре глаза неожиданно моргнули, потом моргнули еще раз и приняли более осмысленное выражение. - Мог бы и не спрашивать, - пожала плечами девушка, - знаешь же, что помогу. Кроме того, наши драгоценные.. гости так же сейчас находятся в замке. Я посылала сообщение с крысой, неужто не добралась?.. Мда, не все коты «наши»… Значит, этот человек знает Сару… Хмм, тогда понятно, откуда ему известен пароль. Пожалуй, оппозиционерка действительно ему доверяла – а, настолько Лайа знавала Шапочку, доверять кому-то та просто так не станет. Впрочем, на ее месте сама Разбойница все-таки не сказала бы ничего, наверное.. С другой стороны, не случись этого – кто знает, может, и не получилось бы им всем вот так, в милой, дружественной и непринужденной обстановке собраться. Недоверчивая натура Разбойницы все еще продолжала топорщить загривок. А вдруг то, и а вдруг это.. А мало ли?! Однако излишняя недоверчивость порождает излишнюю неспешность вплоть до медлительности, что в торопливые времена, когда ты не способен приноровиться к летящему бегу событий… Промедление смерти подобно. Кстати о промедлении и темпе жизненного движения.. В тихом омуте черти водятся, и никогда не знаешь, кто что прячет под половиком.. Образно выражаясь. Лайа только хмыкнула. Вполне возможно, что теперь им не только самим придется скрываться, но и прятать неожиданных новых знакомых. А кому сейчас легко?

Герда: День второй. Вечер. После откровений Чеширского Кота, Герда надолго замолчала. Информация, уместившаяся всего в несколько коротких предложений, не желала укладываться в голове. После утренней беседы с Волком, понятие оппозиции и безрадостная Сказочная действительность уже принимались Гердой как само собой разумеющееся, и даже факт наличия у загадочной оппозиции лидера не удивлял девушку, но вот всё остальное... В памяти Герды вспыхнула история из далёкого детства: соседский мальчишка по имени Кай, бабушкина книга сказок, розы на окне тесной мансарды... А потом и волшебное путешествие во дворец Снежной королевы, чтобы выручить из беды своего самого главного товарища по играм. Это было с ней, было наяву, но почему-то сейчас вспоминается только как сказка... Кай... Когда-то он был дорог ей! А, быть может, дорог и сейчас... Герда опустила голову на скрещенные руки и немигающим взглядом уставилась в окно, как будто бы ожидая увидеть там ответ на главный свой вопрос, который не решалась задать даже себе - что же произошло? Почему так сложно разобраться в своих чувствах? Любовь к Каю... Она ведь была! И она до сих пор существует в её сердце!.. Вот только как отыскать это тёплое чувство, которое и до сих пор иногда приходит к ней во сне?.. Взгляд Герды скользнул по Чеширскому Коту, который что-то обсуждал с Вольфгангом, и девушка заставила себя прислушаться. Невесёлыми мыслями она даже себе не помогает, а других пока что не приходит на ум, значит, надо действовать - делать хоть что-то, что не поволит опустить руки. Вот только слово Чешира не то что не помогали а ещё больше запутывали. "Слушайте крыс?.." Это что, тоже из серии "пароль-отзыв"? И вновь Герда влезла ни к месту и не ко времени... - Вольфганг, Вы что, пойдёте один?! - недоумённо спросила девушка, переводя взгляд с Волка на Чеширского Кота.

Серый Волк: Вечер второго дня. Да, похоже, от Чеширского кота можно было не ждать особой помощи. С другой стороны, он и так ему помог. Крысы действительно могли сослужить хорошую службу, сам Вольф не подумал об этом. Возможно потому, что крысы его боялись, но имя Чеширского кота действовало на них, как заклинание. Волк мысленно покачал головой. Кому сейчас легко, подумал он, продублировав тем самым невысказанную мысль Маленькой Разбойницы. Сама девушка время от времени бросала на него подозрительные взгляды, и Вольфганг понял, что она по-прежнему настроена враждебно по отношению к нему, несмотря на пароль. Несмотря на доброжелательное отношение Чеширского кота. А ведь придется, все равно придется как-то убедить ее, что он... пускай не друг, но все же и не враг. Он встал, и в этот же миг прозвучал вопрос Герды: - Вольфганг, Вы что, пойдёте один?! Вольфганг неопределенно передернул плечами. "Милая девушка, неужели ты хочешь мне помочь?" подумал он. "Но я не могу позволить тебе пойти со мной. Это слишком опасно, и я не уверен, что в случае чего смогу снова тебя защитить..." Он подумал, что только-только нашел для Герды надежных спутников и тут же спросил себя: а достаточно ли надежных? Зачем Чеширскому коту дети из Реальности, как не для войны? Впрочем, Волк решил, что этот вопрос можно будет отложить и на потом. Во всяком случае, пока не удастся вернуть Сару, вряд ли оппозиция станет предпринимать что-то серьезное. У него еще будет время разобраться, что к чему. Вслух же он сказал: - Так будет лучше. Несколько человек лишь привлекут к себе ненужное внимание. В этом случае проще справиться одному, - и, опасаясь, что Герда сможет уговорить его взять ее с собой, Вольф на мгновение склонил голову, коротко поклонившись присутствующим, и быстро вышел в сгустившуюся ночь. /Улицы города/

Чешир: День второй. Еще чашечку чая? Кот проводил Вольфанга внимательным взглядом. Волк был прав, Чешир не мог помочь больше. Точнее, такая помощь была бы ошибкой. Каждый должен бороться за процветание своего мира, не ожидая, что за него всю работу сделает кто-то другой. По большому счету, чеширский кот мог бы все сделать сам, но это не спасло бы Вондерленд. Ведь на самом деле важно не то, что сделано, а то, кто приложил руку к воплощению мечты. Сказочный мир могли спасти только дети из Реальности и сами обитатели Неверленда. Чешир же должен был помочь им в этом непростом деле, но не более. Но сейчас не это должно занимать его мысли, совсем не это! Чеширский кот обернулся к приунывшей Лайе. Девушка была больше похожа на собственную тень, чем на саму себя. Устала, кто бы не устал, когда такое делается! - Я знаю. – Чешир накрыл ладошку Разбойницы своей ладонью. Его рука была теплой, прикосновение согревало, возвращало силы и надежду. Слишком много магии, на пределе его чеширских возможностей, но он не может оставить этих детей бродить в потемках собственного разочарования. – И я знаю, что пока ничто не угрожает их жизни. Мы непременно поможем им! Но сейчас мы должны помочь самим себе. Питер молчал весь вечер. Да и Герда притихла. А ей еще предстоит узнать о смерти Кая. Сколько испытания для хрупкой девушки. Когда-то она вынесла так много, чтобы только вырвать маленького мальчика из ледяного плена, но тогда в ее сердце жили вера и надежда. И сейчас она не сможет без них обойтись. - Верь мне, - улыбнулся он Герде. – Вера – очень правильное состояние души. Пока ты продолжаешь верить в чудеса, тебе не страшна даже Снежная королева, помнишь? Чай это хорошо, но бар «Дверь в стене» только бар, а его друзьям нужно отдохнуть, набраться сил, завтра будет нелегкий день. Да и продолжать разговор здесь представляется небезопасным – слишком много чужих ушей. - Помнишь, где когда-то была лавка сладостей? – Обратился Чешир к Маленькой Разбойнице. Впрочем, вопрос был риторическим, каждый ребенок помнил, где когда-то продавали самые восхитительные леденцы и засахаренные орешки. – Вот ключ, отведи туда наших друзей. Там вы будете в безопасности. А я дождусь Вольфанга с Сарой и мы присоединимся к вам. Чеширский кот протянул девушке ключ. Даже не смотря на ливень, такое путешествие не может оказаться опасным – лавка всего-то в нескольких десятках шагов от когда-то зеленой двери бара.

Герда: День второй. Всё тот же вечер, всё те же люди (ну, и не совсем люди...) Герда подалась вперёд, но сказать так ничего и не успела - Вольфганг оказался быстрее. Он в несколько шагов преодолел расстояние от столика, где собралась их разношёрстная компания, до двери и исчез за ней. Девушке только и осталось, что гипнотизировать дверь взглядом, коря себя за нерасторопность. "Я могла бы, сумела бы помочь! Не знаю ещё - как именно, но сумела бы... Одному идти - совершеннейшее безумство!" Герда закусила губу и перевела взгляд на окно. Видно там не было абсолютно ничего, кроме непроницаемой пелены дождя, но именно это зрелище как нельзя кстати подходило для того, чтобы привести в порядок внезапные абсолютно новые мысли и ощущения... ...Герде уже давно не доводилось чувствовать в себе уверенность, желание действовать и что-то менять вокруг. Пожалуй, это случилось впервые со времени памятного путешествия в Сказку. Ледяной дворец Снежной Королевы остался в прошлом и началась именно та жизнь, что всегда была по душе домашней девочке Герде - спокойная, уютная, полная любви и счастья. Даже за последние годы мало что изменилось. Спокойствие и размерянность остались, а уют, любовь и счастье... Наверное, они были всё это время где-то рядом. Иначе просто не могло быть!.. Наверное. А вот сейчас, глядя на дождевую завесу за окном, Герда чувствовала, как внутри словно бы огонь разгорается. Нельзя, невозможно дальше просто сносить удары судьбы, выполнять один за другим её капризы! А ведь именно этим Герда и занималась против воли последние несколько лет своей жизни... Хватит. Довольно. Девушка понятия не имела, что произошло с её Реальностью, но чётко осознала другое - со Сказкой, с её Сказкой, надо что-то делать, чтобы она перестала походить на страшные сон, чтобы её можно было без колебаний прочесть ребёнку... - Я верю, - улыбнулась Герда в ответ словам Чеширского Кота. - Я правда верю.

Маленькая Разбойница: День второй. Вперед и только вперед. Шум сильного ливня за стенами, гул просиживающей штаны и горести толпы смешивался в странную атмосферу, наполнившую ощущения Лайи подобно мокрому песку, забивающемуся за одежду и цепляющему за волосы. Непонятно отчего, но липковатая и шершавая сила чуть было не затащила ее в омут собственных горестей и безразличия ко всему. Было бы желание – сама бы себе удивилась. Малодушие – штука такая привлекательная. Она говорит тебе: «не жалей других так много! Ты что, лишняя, что ли? Кто же позаботиться о тебе, как не ты сама? Поэтому сейчас же начинай усиленно самоутешаться и раскисать. Мокнуть в дожде любви к себе так приятно!» Помимо этого, настороженность, вечная боевая подруга, заставляла девушку чувствовать себя сторожевой псиной, с рычанием в горле выскальзывающей из будки, стоит только случайному прохожему сорвать неподалеку ромашку. В данный момент «внутренний зверь» порыкивал на Вольфганга, несмотря на все стремление Разбойницы ему поверить. Ну да, поверила. А ощущение настороженности не пропадает. Как же иногда от такого бывает противно! И, главное: чувства-то почти неконтролируемые, как интуиция, к примеру. Но, даже несмотря на это, мужчина, в одиночку отправляющий разбираться со своими, мягко сказать, небезупречными делами… Уж не слишком ли это опасно даже для него? Лайа поерзала на стуле, тихонько фыркая. Ну мужчины, что с них возьмешь! Даже не подумал о чувствах Герды, девушки, что пришла с ним. И несмотря на то, что за Гердой присмотрит оппозиция, Лайа на его месте поостереглась бы оставлять свою спутницу на попечение незнакомых людей.. «Ага, я вообще везде берегусь..» Лайа коротко пожелала удачи исчезнувшей за порогом спине Вольфганга. А теперь – к делу. - Хорошо. – Она приняла ключи, второй рукой все еще держась за руку Кота. Это был какой-то неосознанный жест – как ребенок, казалось бы, уже давно исчезнувший из Разбойницы, держится за крепкую руку взрослого, - а ты разве с нами не пойдешь? Лайе, может, показалось, однако сам главный оппозиционер сегодня не был так бодр и полон сил, как обычно. Да, сегодняшний день был чудовищно выматывающим. И все равно, Чешир находил силы для того, чтобы поддержать их всех. Чувство благодарности затопило, и девушка была не против – позволить этому чувству вытеснить из себя усталость, горечь и вялость. «Спасибо» - Ладно, я не буду спрашивать тебя, почему, - она поднялась со стула, улыбаясь привычной кривоватой улыбочкой, - однако не думай, что я собираюсь долго сидеть без дела. Закрыть глаза и попытаться сотворить внутри себя настоящую улыбку.. Какой могут улыбаться счастливые люди. Всего лишь на секунду. - Так что тебе лучше присматривать за мной! Рука ложиться на плечо секундным движением товарища, всегда готового оказать поддержку. - Ладно, подъем, дорогие гости. Резиденция нашего клуба вас уже заждалась, - весело и негромко пошутила девушка, первой направляясь к выходу. ------------------ Лавка сладостей.

Чешир: День второй. Вот и выпили чаю. Герда держалась молодцом. Чеширу очень понравилось, как изменилось ее настроение. Все горести и жизненные невзгоды, все испытания, выпавшие на долю девушки со времени ее возвращения в Реальность, не смогли убить в ней храбрую маленькую девочку, знающую, что ее вера в добро может победить даже чары Снежной королевы. «Какой должна была быть твоя жизнь, что ты потеряла самою себя? Что пережили другие дети в Реальности, что Волшебная страна оказалась на пороге разрушения?» Чеширскому коту было горько думать об искалеченных душах тех, кто когда-то своей чистотой вдохновлял прекрасный мир Вондерленда на борьбу со злом, жестокостью и тиранией. Оставалось надеяться, что и Питер, и Элли, и Суок с Тутти, и милая Маша, и старая знакомая Алиса смогут вспомнить, кем они были, кто они есть на самом деле, смогут забыть пережитые страдания, сумеют простить самих себя за совершенное предательство против своей истинной сущности. Но это покажет время. Чешир встал из-за стола последним, и пошел вслед за девушками и Питером к выходу. - Мне еще нужно дождаться Вольфанга и Сару, - ответил он на вопрос Маленькой Разбойницы. – А уж потом, можешь быть уверена, тебе едва ли удастся избавиться от моего общества! – В голосе звучала насмешка, но беззлобная: так добрые друзья подтрунивают друг над другом. – А теперь идите. Ливень продолжал буйствовать, но даже сквозь пелену дождя Чеширский кот видел, как троица скрылась за дверью лавки сладостей. Не приходилось сомневаться, что все они промокли до нитки, но в магазинчике был очаг и запас вишневых поленьев, сухих, дающих веселое ароматное пламя, согревающее лучше любого горячего молока с медом. Эти дети были в безопасности, во всяком случае сегодня ночью. Мужчина стряхнул несколько крупных капель, упавших с прохудившегося навеса над зеленой дверью. Можно было возвращаться в бар, но внутренний голос подсказывал, что сейчас следует быть в совершенно ином месте. Чешир понюхал воздух, но в человечьем обличье, тем более в такую погоду от этого было мало толку. В следующий момент тощий кот уже бежал по улице, стараясь держаться в тени домов, и периодически стряхивая с себя воду, впрочем, толку от этой процедуры было даже меньше, чем никакого. /К центральным воротам/

Чешир: День второй. И еще одно маленькое чаепитие. /Прямиком от городских ворот/ Пусть Чешир и старался укрыть девушку от дожде под своим плащом, до бара оба добрались мокрые до нитки. Они устроились все за тем же столиком, который в начале вечера облюбовала Лайя, и попросили принести еще чаю, чтобы хоть немного согреться. Без сомнения, в магазинчике неподалеку, где ждали Маленькая Райбойница, Герда и Питер было бы теплее и удобнее, но: во-первых нужно было дождаться Вольфанга с Красной Шапочкой, а во-вторых, Маша была свободным человеком и имела право выбора, во всяком случае до тех пор, пока она не попадет в одну из дворцовых камер. Пока Маша грела руки о горячую чашку, Чеширский кот рассматривал девушку. Как и все остальные дети из Реальности, она изменилась. Изменилась внешне: выросла, повзрослела, превратилась в настоящую юную леди. Но какие перемены претерпела ее детская вера в чудо? - Я должен извиниться, - нарушил молчание Чешир, - за вмешательство у городских ворот. Мне показалось, что зарешеченный угол в караулке не самое приятное место, где можно провести ночь. Да и стража – не самая приятная компания. – Он улыбнулся. Ему была нужна Машина помощь, она была необходима Вондерленду, но Чеширский кот не мог, не имел права принуждать девушку делать то, что она делать не хочет. Добрая воля – вот что было действительно важно, и без нее все уговоры, угрозы или принуждение не принесли бы никакого результата.

Мария Штальбаум: Вечер второго дня, вероятно, уже поздний -----Бегом от Центральных ворот и неприятностей----- Когда медленно, с удовольствием вдыхаешь теплый воздух, скользишь кончиками пальцев по обжигающему фарфору и ни о чем не думаешь, головная боль, сжимающая виски, понемногу затихает и даже озноб как будто бы перестает чувствоваться. Мари сидела неподвижно, обводя обстановку мечтательным взглядом, отрывая замерзшие пальцы от кружки только чтобы периодически выжать подол платья, платок или рукав (это, конечно, не совсем прилично, ну а сидеть и демонстрировать всем, как с тебя ручьями стекает вода, как будто приличнее?). - О, что вы, я никак не могу принять ваших извинений. Напротив, я весьма сожалею, что еще не успела выразить вам мою сердечную благодарность за ваше вмешательство. Как вы верно заметили, я попала в весьма затруднительное положение. «Как, впрочем, и всегда. С моим-то везением». Иногда мадмуазель Штальбаум казалось, что жизнь похожа на весы, на одной чаше которых – совокупность затруднительных положений, а на другой – вера в чудо. А поскольку вера в чудо сопровождала Мари повсюду неукоснительно, затруднительные положения тоже закономерно попадались на каждом шагу – для соблюдения равновесия. - Большое вам спасибо, - Мари невозмутимо оглядела собеседника и тепло улыбнулась, - я надеялась на вас. То есть не именно на вас, конечно, а на… на благополучный исход. «На чудо. Чудо – это благополучный исход на редкость отвратительной ситуации, обусловленный своевременным вмешательством сторонних сил». Исход и впрямь вышел благополучным – и в отношении крыши (которая пока была), и в отношении опасности (которой пока не было), и в целом, судя по улучшающемуся настроению. - Вы, кажется, со мной знакомы, сэр? – Мари выразилась мягко, но предельно честно: любезный спаситель, судя по всему, действительно был с ней знаком, а вот она с ним… как-то не особенно, - представлюсь, на всякий случай, - Мария Штальбаум. Путешественница, - виноватый вздох. – Чем я могу быть вам полезна? Для Мари это был, между прочим, не простой формальный вопрос, а действительно исполненное смысла заявление.

Чешир: День второй. В баре Орехового Соня по прежнему время пить чай. Что ж, теперь Чешир понял, что так вывело стражника из себя. Слово «путешественник» давно было не в чести в Волшебной стране, которая просто перестала быть пригодной для путешествий. Но разве Маша могла знать об том? - Путешественники нынче не в чести в Изумрудном городе. – Пояснил Чеширский кот. – Такое уж время наступило. Его безмерно порадовали слова Марии о надежде на благополучный исход. Пусть для нынешних времен такая надежда больше смахивала на самоубийство, но для спасения Неверленда она была жизненно необходима. Оставалось только рассказать о всем девушке. - Для Волшебной страны настали не лучшие времена. Этот мир уже совсем не тот, которым ты его знала. Поэтому я и пригласил тебя вернуться в Вондерленд. – Чешир вспомнил, что девушка намекала, что понятия не имеет, кто, собственно, он такой есть. – Чеширский кот. – Наконец представился он. – Я много слышал о тебе. Я знаю, что ты сделала для Щелкунчика. И я надеялся на твою помощь. Да, это нечестно вот так с порога требовать от уставшей промокшей девушки так много. Но Чешир не хотел обманывать Мари, и не хотел, чтобы она обманулась. Правда и искренность спасет мир. Иного не дано. Иное – в ведении Червонной Королевы. Без сомнения, она единственная, кто может поддерживать порядок в Стране чудес, но, к сожалению, не вернуть былое процветание. Гингема, интересно, что она сейчас делает? Чешир уже начал сомневаться, правильно ли он поступил. Хотя, какие могут быть сомнения, он просто не мог поступить иначе! Это было не его решение, он лишь исполнял желание Вондерленда. Но сколько времени осталось у них без Королевы? Чешир подозревал, что очень, очень немного.

Мария Штальбаум: Вечер второго дня. Долгожданный чай под долгожданной крышей. Мари сокрушенно покачала головой, молчаливо оплакивая нерадостное настоящее этого прекрасного мира – он, верно, действительно переживал не лучшие времена, раз даже путешественники... «Впрочем, возможно, что раньше путешественниками назывались безобидные чудаки-романтики, а сейчас – неоднозначные проходимцы без четкого статуса, вроде меня. Меры предосторожности, наверное». А все же утраченной доверчивости светлой сказки было жаль. «Что я сделала для Щелкунчика? О, я была готова на гораздо большие жертвы – и тогда, и особенно сейчас. А вот он дал мне многое – свет всей моей жизни, не дающий забыть о чуде в окружении самой глубокой серости». Это было самое любимое воспоминание Мари – признаться, она много душевных сил тратила, надеясь на его повторение. Какой бы ни была сказка сейчас – все равно она была лучше реальности, в которой идти было совсем некуда… А здесь вот… «Чеширский. Интересно, как этикет повелевает обращаться к котам? Никак, вообще-то. Но ведь этот Чеширский, и как-то не совсем… Вероятно на «вы» и с чрезвычайной почтительностью». Универсальная аристократическая привычка, надо сказать. - То, что вы говорите, весьма печально. В мире и так слишком много мест, переживающих не лучшие времена в течение всего своего существования. Очень больно будет потерять и это, - тихо произнесла девушка, опустив голову. – Если бы я только могла что-то сделать… Она выпрямилась и внимательно посмотрела на Чеширского кота. Взгляд серых глаз был наполнен тревогой и добротой – за время пути мадмуазель Штальбаум порядком устала беспокоиться о собственной судьбе: обычно она занималась этим чрезвычайно редко и с непривычки чувствовала себя довольно неловко, - поэтому при первой же возможности погрузилась в привычную трепетную заботу об окружающих. Слова «надеялся на твою помощь» всегда заставляли её забывать об усталости, боли, отчаянии и бросаться на выручку – ни одно из горьких разочарований реальности так и не научило её равнодушию. - Я буду счастлива вам помочь, - честно призналась Мария, грустно улыбнувшись собственной искренности. Именно счастлива – не только и не столько из благодарности за спасение, сколько ради эгоистических целей: возможность чувствовать себя нужной кому-то была прекраснейшей из доступных ей радостей жизни. «А искренность и здесь, судя по разговору со стражей, считается дурным тоном и признаком неблагонадежности. Печально, печально». Мари смотрела на нового знакомца с доброжелательным интересом, ожидая объяснений на счет того, какая именно помощь ему требуется, если он, конечно, сочтет нужным что-то ей объяснять.

Чешир: Второй день. И еще одна чашечка чаю. - Спасибо. – Улыбнулся Маше Чеширский кот. Он предполагал, что девушка может ожидать дальнейших объяснений. Но сейчас было не место и не время. Инструктаж еще предстоит, когда все будут в сборе. «Надеюсь, с Вольфангом все в порядке. Должно быть. Пробраться в тюрьму, особенно сейчас, не такое уж сложное дело. Тем более обстоятельства благоприятствуют.» - Чешир не предполагал, хотя, возможно, и должен был, что Волк встретит неожиданное препятствие в виде изголодавшихся озлобленных псов. А если бы и предположил, все равно не усомнился бы в способности оборотня выходить с достоинством из ситуаций и посложнее этой. Нет, за Вольфанга он был спокоен. Равно как и за детей, устроившихся в доме неподалеку. Возможно, лидеру сказочной оппозиции не стоило так верить в своих новых союзников. Но это же были дети из Реальности! Дети, которые уже когда-то спасали Вондерленд. И делали это совершенно самостоятельно, без его помощи и наставлений. Да, они изменились, да пустота разочарования поселилась в их сердцах. Но они по-прежнему оставались детьми из Реальности, способными на великие свершения. И не важно, какие цели они сами при этом преследуют. Чешир внимательно посмотрел на девушку, сидящую напротив. Она с таким рвением согласилась… Что двигало ею? Бескорыстная наивность детства? Едва ли. Маша больше не маленькая девочка, которой была когда-то. Какие бы личные выгоды не преследовала юная мисс Штальбаум, она была готова помочь, и только это имело значение, по большому счету. А еще нужно заручиться согласием Элли, Суок и Тутти. Да и с Алисой поговорить бы… Чешир уже дивился отсутствию старой знакомой, которая давно должна была дойти до Изумрудного города, но пока еще не волновался за мисс Лиддел. Герда, вот кто беспокоил Чеширского кота: она еще ничего не знала о Кае. Да и много ли знал сам Чешир? Только то, что молодой человек мертв. И что это дело рук Червонной Королевы. Конечно, Гингема могущественная колдунья, самая могущественная в этом мире, но все же, как ей удалось убить одного из детей? Неужели она договорилась со Смертью? Непросто узнать ответ на этот вопрос: Снежная Королева сейчас слишком далеко, чтобы заботится об осведомленности своих противников. Разве что спросить у Смерти. Задачка не из легких… Побеседовать со Смертью и остаться в живых, не проще, чем уговорить Хозяина Поля поделиться своими секретами. И обоих одинаково сложно найти, если только они сами этого не захотят. Даже Чеширскому коту не под силу влиять на этих двух непостижимых обитателей Неверленда. «Хотя поговорить со Смертью было бы полезно.»

Смерть: Вечер второго дня. - Вам достался чёрный цвет. - Он мне вполне к лицу. ("Седьмая Печать") Дверь бара тихонько скрипнула, и в помещение медленно вошёл невероятно высокий (футов семь, не меньше) худой и бледный старик в чёрном балахоне. Каждое движение пожилого гражданина было медленным, неторопливым. Смерть вообще никогда не торопится. Это его постоянно торопят безо всякой на то причины. А ещё Ангел Бездны (пфф... и кто только придумывает такие имена?) никогда не был мастером маскировки. Он вообще считал, что если будет выглядеть хоть немного по-человечески, то его никто не узнает. По-правде говоря, оно его не очень-то и волновало. Вот так и сейчас. Впалые щёки, круги под глазами, балахон, сапоги со шпорами... И тем не менее, его мало кто заметил. Всё же, в Неверленде можно было и не такое увидеть. Да и косу свою Мрачный Жнец с собой брать не стал. Что, кстати, не могло не радовать. Осмотревшись и заметив лидера оппозиции в компании Марии Штальбаум, Смерть с пугающей целеустремлённостью направился в их сторону. - Добрый вечер. - вежливо поздоровался Жнец, - Вы хотели о чём-то у меня спросить? - обратился он уже конкретно к Чеширскому Коту, хотя заранее знал ответ.

Чешир: Второй вечер. «Все же нужно быть поосторожней с желаниями, - улыбнулся Чеширский кот своим мыслям, - пусть у тебя и девять жизней.» Чешира не переставала восхищать Страна чудес. Ну где еще на чай заглянет сама Смерть, только потому, что ты имел дерзость подумать, что разговор с ней может оказаться познавательным. Впрочем, встреча со Смертью познавательна в любом случае. Добрый вечер. Чашечку чаю, или может чего-то покрепче? – Чешир был сама любезность. Несмотря на долгую, полную событиями жизнь, встречаться со Смертью Чеширскому коту приходилось впервые. И должно же было так сложиться, что нужно говорить о вещах важных, вместо того, чтобы просто удовлетворить свое немереное любопытство и побеседовать на темы отвлеченно-философские. Хотя, не было гарантий, что такие темы в принципе были интересны Смерти. - Я хотел спросить о Кае. Как Червонной Королеве удалось убить ребенка из Реальности? «И что могло заставить Смерть откликнуться на мой… это даже зовом не назовешь! – С этим вопросом Чешир пока решил не торопиться. - Кажется ситуация в Вондерленде еще хуже, чем я думал.»

Смерть: Всё ещё вечер. - Когда мы встретимся в следующий раз, настанет время твоё и твоих друзей. - И ты откроешь свои тайны? - У меня нет тайн - То есть, ты ничего не знаешь? - Я есть противоположность "знанию". ("Седьмая Печать") Смерть пододвинул ко столику какой-то бесхозный табурет и сел. От чая Жнец категорически отказался. - Не пью. Вообще не пью. Но всё-равно спасибо. Далее последовал вопрос о чьей-то гибели. Признаться, Смерть слабо понимал, при чём тут он. Кая убила Королева. Он оделил душу от тела. Собственно, всё. Куда уходят души, Смерть не знал. Путь туда ему был закрыт. И вряд ли когда-нибудь откроется. - Помню. Соболезную. - безо всякого выражения на лице проговорил Мрачный Жнец, - Как его удалось убить Королеве - не тот вопрос, на который нужно искать ответ. Хоть это и не в моих правилах, но, тем не менее, дам подсказку. Настоящий вопрос в том, как Каю, будучи человеком из Реального мира, удалось умереть на территории мира Сказочного. Тут следует помнить о двух вещах. Первая: - Смерть поднял вверх указательный палец, - на территории Неверленда стареют насмерть лишь те существа, которым это суждено. Остальные - останавливаются на определённом возрасте и живут вечно. Второе: - к указательному пальцу прибавился ещё и средний, - человеку из Реального мира стареть не суждено. Умирать - тоже. Пауза. Смерть, взглянув на получившийся знак, убрал пальцы и опустил руку. - Это приводит нас к главному вопросу. Что заставило умереть человека, которому умереть не суждено? Логичный ответ - ничто. - пауза, - Но мы не в Реальном мире. Мы в Неверленде. Здесь логика не может решить все задачи. Тяжёлая пауза. Жнец нахмурился. - Вот сейчас мы подошли к тому моменту, когда я оказываюсь связан Законами Мироздания. И с этим я не могу ничего сделать. Однако, намекну. - по лицу Смерти пробежала едва заметная улыбка, - Что заменяет Сказочному миру законы природы? Логику? Что определяет естественный ход вещей в Неверленде? Что обладает безграничной властью?

Чешир: Вечер, вечер – куда ж мы денемся из второго дня? «Не тот вопрос, - согласился Чешир, - вопрос, а на самом ли деле Королеве удалось убить Кая? Или как всегда в таких случаях есть подвох. Если так, то какой? Хоть иди во дворец и допрашивай гингиных министров!» Чеширский кот не мог знать, что сердце Кая, еще живое, храниться в шкатулке, ожидая Рыцаря со Звездным мечем, чтобы наконец обрести покой. Но что-то подсказывало ему: ситуация не так проста, и смерть мальчика – это еще не конец его истории. А вот новость о том, что дети из Реальности не стареют и не умирают в Сказочной стране, была интересной. Над этим стоило поразмыслить... Очень хорошо поразмыслить: качественно и внимательно. Возможно, в словах Смерти таиться путь к жизни Вондерленда. Но сейчас не время отвлекаться – нужно закончить разговор. Не дело это отнимать драгоценное время у Смерти. - Безграничная власть слишком большая ответственность, чтобы принадлежать одному живому существу, – Чешир улыбнулся Смерти, может, это было и не вежливо, но что поделать со старой привычкой, - ни Волшебной стране, ни Червонной королеве, ни мифическому Сказочнику, к которому так любит апеллировать Гингема. Безграничная власть не принадлежала даже неизвестному в Неверленде существу, к которому обратился Смерть своим жестом. - У Сказочника, кем бы он не был, или скверное чувство юмора, или… он не так всемогущ. Иначе Страна чудес не превратилась бы в страну кошмаров. Нет, наша судьба в наших руках, как и судьба нашего мира. Дети из Реальности могут вернуть ему процветание, и я надеюсь, им это удастся. Простите, что вновь возвращаюсь к Каю, но Гингема действительно убила его, полностью, окончательно и качественно, или только уничтожила тело?

Смерть: Вечер второго дня. Всё ещё. Смерть нахмурился ещё сильнее. Он не мог с точностью ответить на вопрос Чеширского Кота. Да, это был именно один из тех редких случаев, когда Мрачный Жнец, знавший почти всё, не мог дать ответа на прямо поставленный вопрос. - Я не могу проследить за тем, что случается с душой после того, как я отделяю её от тела. - сухо пороговорил Жнец, - Я ориентируюсь по "счётчикам". Песочным. Они довольно точно показывают смерть тела. Пауза. Морщины на лбу Смерти постепенно разгладились. Брови немного поползли вверх. Видимо, он что-то придумал. - Хм. Если только его душа не осталась на "этом свете". Ведь я не могу утверждать обратного. Так как подобное уже было. Помните призраков, которые какое-то время жили в резервациях вместе с остальными фольклорными персонажами? Когда Королева забрала из мира практически всю магию, эти резервации мгновенно вымерли. Уважаю этот простой ход за его логичность, однако признаю, что он крайне циничен. Не буду отходить от темы разговора и скажу, что призрака из Кая получиться не могло. С приходом Дамы Червей к власти, привидения перестали существовать как вид. Таким образом, переходим к последней оставшейся возможности. Душа, или её часть, осталась прикреплённой к какому-нибудь предмету, или артефакту, находящемуся на "этом свете". Где-то я это уже видел. Но не могу вспомнить, так как оно было в другом мире. Смерть снова задумчиво нахмурился. - Я ответил на Ваш вопрос? У меня, увы, есть ещё дела.

Чешир: По-прежнему второй день и по-прежнему вечер. Все-таки приятно поговорить с умным человеком, или не человеком: Смерть определенно был интересным собеседником, а разговоры с ним - содержательными и познавательными. - Значит артефакт. О да, это очень в стиле Червонной Королевы. «Эх, поторопилась Гинга, поторопилась!» - Чеширскому коту было жалко мальчика, который испытал на себе, что такое иметь ледяное сердце. Какое неправильное, мучительное завершение жизни, которая все еще не закончилась. – «Уничтожить артефакт, это вам не голову отрубить! Не каждому такое по силам, да и от обычного оружия в этом деле толку ни капли.» Чешир вспомнил, что подумать он может и на досуге, а задерживать Смерть - не дело это. - Благодарю вас за ценную информацию. Вы мне очень помогли! И… не смею задерживать. Только не теперь, когда смерть для многих жителей Вондерленда не поражение, а спасение. Оглянувшись, Чеширский кот отметил, что посетителей в баре поубавилось. Конечно, соседство со Смертью не комфортно для многих. Интересно, как Маше этот разговор? За все время она не проронила ни слова. А еще Чешир пытался вспомнить, о каком волшебном оружии он слышал в Вондерленде, и где это оружие можно найти. А еще, кто этим оружием может воспользоваться – всем известно, что магические предметы не работают в руках, для них не предназначенных.

Мария Штальбаум: Вечер второго дня, ознаменованный множеством неожиданных встреч. В момент, когда к столику приблизился мрачный гость, Мари не обернулась ему навстречу. Но стоило ему оказаться в поле её зрения, как она почтительно склонила голову в ответ на приветствие – она привыкла вежливо отвечать на приветствия, даже обращенные к другим (чрезвычайно полезная привычка – саму мадмуазель Штальбаум как особу незначительную редко кому приходило в голову приветствовать). Далее, впрочем, девушка лишь кротким жестом сложила руки на коленях и продолжала хранить молчание. Проводить долгое время в молчании она умела просто и естественно, ничуть не смущая своим незаметным присутствием персон более важных. Да и что она могла сказать? Разве уместно пожелание здравствовать, если смиренное сердце привычно ощущало дуновение ледяного тлена. «Превосходное начало новой жизни в новом мире – такая встреча. Чудесное место этот маленький бар: вероятность встретить гостя из темной бездны не меньше, чем у городских ворот, а кроме того, здесь еще имеется крыша. Можно ли мечтать о лучшем?» Мари спокойно слушала неспешно сменяющие друг друга слова, складывающиеся в невольную притчу. Впрочем, стоит ли требовать от такого собеседника иных? Близость смерти давно перестала пугать юную мадмуазель Штальбаум. Мари не помнила, боялась ли она смерти когда-то? Может быть, давным-давно, в детстве. Но тогда она не замечала этого, поскольку размышляла о куда более радостных предметах. Сейчас же думать о неведомой пропасти, куда уходят души через ворота костров, гильотин, пуль и больничных коек, случалось гораздо чаще, но эти мысли оставляли привыкшему к страданиям сердцу только спокойствие и тихую печаль. «Что ж, этот облик ничем не хуже бесформенного ледяного сквозняка, что гуляет от койки к койке в больнице, унося из глаз людей живой блеск, а из сердец – живое тепло. Тогда остается лишь склонить голову, коснуться кончиками пальцев похолодевших век, смежая их и порадоваться за тех, кому не суждено больше страдать во имя бренной пустоты». Но сейчас Мари проводила темную фигуру кротким печальным взглядом. Она слышала о Кае. На его долю выпало множество тяжелых испытаний, он заслуживал хотя бы непродолжительного счастья. А еще больше, чем его самого, было жаль бедняжку Герду, верную его сестру и суженную. «Должно быть, не горевать о безнадежном я уже немного научилась. Однако складывается впечатление, что господин Чеширский кот имеет на этот счет какой-то план. Поэтому, вероятно, во мне и просыпается жалость – как всегда, когда есть выход, сколько бы сил не занял путь к нему». Мари подняла взгляд на удаляющуюся фигуру Смерти, который, разумеется, спешил навстречу своему делу, и слабо, отстраненно улыбнулась – скорее мерному спокойствию собственных мыслей, чем чему-то внешнему. Хотя, разве не настраивает на взгляд внутрь близость Смерти?



полная версия страницы