Форум » Давайте тихонечко... » Чужое творчество по мотивам миров (ч. 2) » Ответить

Чужое творчество по мотивам миров (ч. 2)

Алиса: Собственно, есть одна замечательная вещь – гениальная интерпретация «Алисы в Стране чудес». Это радиопостановка, в создании которой принимал активное участие Высоцкий, в том числе исполнял ряд песен. К сожалению, опыт показывает, что далеко не все о ней (и тем более ее) слышали. Наконец я нашла ее в сети - теперь можно скачивать сколько угодно. Прямо вот тут.

Ответов - 19

Атаманша: Очень интересный взгляд на "Снежную Королеву"

Лесоруб: На самом деле, может это и очевидно, но я только сейчас осознал - любая сказка, если в нее вчитаться, окажется жутко страшной. Если правильно (или не правильно?) расставлять акценты.

Атаманша: Лесоруб, может, не любая, но в целом - да. Почитайте братьев Гримм в оригинале - это же кошмар. Скорее - правильно.

Суок: Зоя Ященко - Голубая Стерела "Голубая стрела" без сигнальных огней Разбивает стекло, исчезает в окне, Твой игрушечный поезд летит под откос, Только это уже почему-то всерьез. Оловянный солдатик на фланге стола, Ты почти окружен, плохи ваши дела. Перевяжет сестра рассеченную бровь, Только это уже настоящая кровь. Он уходит один, и не слышно шагов, Он не смотрит назад, он не видит врагов. Он уходит туда, где зови, не зови - По колено травы и по пояс любви. Это те же картинки прочитанных книг, Первозданная сила исходит от них, Только в книгах от ран не осталось следа, Там за красной горой есть живая вода. На пылающий лоб ляжет мамин платок, А в руках у нее апельсиновый сок, Можно в синее небо с мольбою смотреть, Только это уже настоящая смерть. Он уходит один, и не слышно шагов, Он не смотрит назад, он не видит врагов. Он уходит туда, где зови, не зови - По колено травы и по пояс любви. А по правую руку огни казино, А по левую руку сгоревшая рожь, Если прямо пойдешь, то, что ищешь, найдешь, Только это уже настоящая ложь. И выходит старик из воды, из огня, И выводит из лесу гнедого коня, Если хочешь - скачи, сколько можешь - держись! Только это и есть настоящая жизнь. Он уходит один, и не слышно шагов, Он не смотрит назад, он не видит врагов. Он уходит туда, где зови, не зови - По колено травы и по пояс любви.

Атаманша: В окнах маячат узкие тени веток. Он открывает дверь, раздвигает шторы. Он говорит, проснись, за окошком лето, Смоемся к морю. Он говорит, я умру, между рёбер колет. Он говорит, хватит игр, я сдаюсь, послушай. Он ей приносит вредную кока-колу, Гадкие суши. Он начинает кричать: ну чего ты хочешь? Каждое утро мольбы, уговоры, пассы... Я прекращу войну, я построю хоспис, Встань, просыпайся. Слухи о спящей принцессе катают в прессе. Капли, панк-рок, инъекции, лёд за ворот... Десять придворных врачей казнены, и десять Ждут приговора. Старый король смолит, утонувши в кресле. Он ведь неплохо танцует, воюет, чинит… Он устранил бы любую причину, если б Знал, в чем причина. Ни прорицаний, ни яблок, ни ведьм, ни прялок, Всё было в норме, во всяком случае, внешне. Просто причин просыпаться ничтожно мало Глупость, конечно. Вечер неспешно стынет, приказы розданы. Сказка идёт, как идёт, и не поспоришь с ней. Старый король закупается папиросами, Мазью от пролежней. (c) Шутник Ф. У сверстников драки, распри, подражание взрослым, группы по интересам и дворовые банды. У Пита воздушные змеи, предрассветные росы, поиски Неверленда, воспалённые гланды. У сверстников джаз и вина, у Пита опять всё странно: внутри натянуты стропы, галдят перебором струны. У сверстников перемены, а Пит говорит: "Мне рано", Пит живёт во вселенной, считает ночами луны. У сверстников семьи, вклады, у Пита снова неладно: дикие злые ритмы множатся и растут в нём. У Пита сороконожки строк на листе тетрадном топчутся многостопно, шепчут о недоступном. Питер сидит на крыше, птицам рогалик крошит. Питер стартует в небо с жестяного карниза. Питеру снится мама, говорит "Мой хороший, хватит уже игрушек, час нашей встречи близок". Пит нездоров, у Пита свита в белых халатах -- уровень текста в теле выше нормы в три раза. Что ж, типовая плата за поллета полёта: кровь атакуют буквы, текст даёт метастазы. По вечерам в больницу к Питу приходит Ванда. Ванда совсем не Венди, Ванда скорее Стелла: высока, светлоглаза, фору любому из вас даст, горы бы своротила, если бы захотела. Ванда не вертит горы, Ванда глядит устало, как, словно старый свитер, строчками тает тело. Гладит тощую руку, не говорит о раке: "Я удержу тебя, Пит, у меня же бульдожья хватка. Главное, не подходить к парому, не заходить в реку. Главное, успеть записать в тетрадку, слить тебя на дискетку". Питер смеется, дескать, смешная шутка. (с) Шутник

Суок: Олег Медведев - Изумрудный город Мы по уши в трусости и бессилии, от рождения старики, Сидим в углу, как коты Базилио, напяливши темные очки, Hа наших ушах оседает пыль, и ночь опускается на стекло, Послушайте сказку, а может быль о том, чье терпение истекло. Фига лежит в кармане последним оружием дураков. Город пропал в тумане - мигнул огнями и был таков. Hо долго ль им собираться - компас, планшетка да борода - Лишь детям да рудознатцам нужны изумрудные города. Спец по сожженью ведьм к пустому глазу прижмет лорнет. Спросит: "Зачем ты беден?" - и ты попробуй найди ответ, Зачем над ползучей алчью сквозь анилиновые дожди Бредет бородатый мальчик, несет радиометр на груди... Скрипит деревянная нога, блестят оловянные глаза, Забытого неба ожидает рука. Святых с загаженной земли вперед ногами унесли - Похоронили. И солнца шар на хребет упал, и стала багровою тропа, И двери хлопнули за спиной, как капкан. И город фрегатом плывет в закат, надевши лохматые облака На тонкие шпили. Это ль не "казус белли" - летучий домик, упавший вниз. Совсем одряхлела Элли, у ней подагра и ревматизм. Сгрызли до основанья крысы волшебные башмачки, Hо Морган идет к Гаване, глядит на небо из-под руки. В тылу - веселье, стекло и камень, сети неоновых паутин, Hо ставшие звездными волками не знают обратного пути. Им остается совсем немного - порвать обыденную муру, Пригнать сверкающую пирогу к веселому порту Изумруд. ! Припев Домик под черепицей, в окнах мутнеющая слюда. Им некуда торопиться - они возвращаются навсегда. Сверкающая пирога ищет мерцающий свой причал, Эй, старый, где здесь дорога - та, что из желтого кирпича? Им можно не торопиться - никто не помнит прощальных слов, Лишь тучи Аустерлица кромсает небесное весло, Внизу Изумрудный город, горят немеркнущие огни, Сердце конквистадора в крови и ржавчине от брони.

Атаманша: так, в зубах зажат, мучительно нёбо жжет этот очень, очень простой сюжет: королевич лежит, ресницы его дрожат, злая ведьма сон его стережет. ярок снег его шеи, сахар его манжет. черен ее грозный бескровный рот, ее вдовий глухой наряд. когда он проснется, его народ разорят, унизят и покорят, - он поднимет войско. и он умрет. и, о да, его отблагодарят. злая ведьма знает все наперед. королевич спит сотый год подряд. не ходи, хороший мой, на войну. кто тебя укроет там, на войне. из-под камня я тебя не верну, а под камень могу не пустить вполне. почивай, мой свет, предавайся сну. улыбайся мне. (с) Веро4ка

Червонная Королева: Как сказка Вечно им мало жалось с чужого колоса, зато отлично пеклось из чужого теста – так и жили в королевстве безголосых певцы без голоса, так и читали на всех углах книги свои без текста. Так и спали со своими горячо нелюбимыми, открывали незапертые двери, садились в автомобили, они были плохими чтецами, но отличными мимами, ах, какими мимами они были. Тонкая пластика позволяла сливаться со всяким местом, обходить углы, извилины, бегать кроссы, никогда не позволив себе ни ноты протеста, ни скрипичного ключа вопроса. Такое царило согласие, внимание, понимание, невообразимый, благостный был покой. Им не требовалось ни учредительное собрание, ни президент, ни царь, ни тройной конвой. И цвело королевство… возможно, не так уж красочно, но кто мог судить, если каждый был благ и бел. И откуда он только взялся – ну, Тот, припадочный, который вышел к дворцу на площади – и запел? От Него люди стали чахнуть, болеть и мучиться, кричать друг на друга, позже – кричать во сне. Всех тошнило словами, и в каждой семье – разлучница, в каждом городе – смятенный квартал в огне. Позже успокоились, поняли, что наказаны, что слова – это тризна, долгий прощальный залп, это неизлечимо, собственно, не проказа но, также не хочется доверять глазам. Как они тосковали, по миру, где все молчало, где все было просто, изысканно и не ново. Они ведь не знали, что это только Начало – а вначале непременно бывает Слово. Потерпи чуть-чуть, посмотришь, они освоятся, будут лгать, и нести околесицу лучше нас. Словарный запас удвоится и утроится, станет богатым как всякий дурной запас. И только некоторые, сильной тоскою битые, продолжат искать то Слово, хотя и проще бы - замуровать столетьями, словно плитами – но разве забудешь, как Он там пел, на площади... (с) velsa У Снежной королевы обтрепанное платье, - заплатками снежинки, и, вроде, не сквозит. У Снежной королевы нет в памяти объятий, - поди, найди безумца – пожить у ней вблизи. У Снежной королевы ледышка вместо сердца, ледышка вместо взгляда, улыбка – ледяна. – Ни разу не случилось хоть чем-нибудь согреться, хоть с кем-нибудь растаять, - одна, всегда одна. У Снежной королевы в анамнезе – дорога, давно чужое имя и бесконечный бег, и мальчик, бывший рядом нечасто и недолго… У нежной королевы один любимый – снег. (c) valka

Сказочник: Оригинальный взгляд на проблему, как мне кажется :) Антибуратино. Вот представьте себе картину: сидит деревянный весь буратино у нарисованного камина или там очага, а за стенкой шумит тайга, папа карло ушел в мороз и топорик с собой унес, за дровами папа ушел, потому что холод - нехорошо. И тут крыса вдруг вылезает, наглая вся, борзая, у ней семьдесят пять зубов, ей что нету там дров, что есть - насрать. Но сначала съесть. И вот почти новую буратину берет, сволочь, за локотину и говорит: пойдем ко мне, суковатый, угощу тебя сладкой ватой, шоколатой и мармелатой накормлю тебя, бревноватый. И вот четкий с виду пацан, не обдолбан вроде, не пьян, с ходу сволочи этой верит, открывает входные двери, чтобы папа вернуться мог, не орал чтоб "Открой, сынок!", и без лишних там уговоров в крысиную лезет нору. Где от предыдущих трех буратин щепки остались, тряпки и дерматин. А в открытую настежь дверь не таежный пугливый зверь, а лиса с котом уголовные воровать пришли твои кровные, и не столько даже украсть, сколько кучу в углу накласть, а домишко поджечь и сбечь, и ты мне тут не перечь, самодельное фабричного всегда хуже, то швы, а то и мозги наружу, и если сильно нуждаешься в буратине, не рискуй, купи нормального в магазине. Евгений Шестаков

Суок: По мотивам Снежной Королевы Покайся, Кай, зима в тебя вросла. Не соберётся вечность из осколков, И Герда от тоски завоет волком, Покайся, Кай, она тебе сестра. Чердачные цветы поникли, Кай. Остановилось время в доме детства; Пока в твоей груди немеет сердце, Не будут Герду игры увлекать. Ведь занят ум её теперь одним: Как вызволить тебя из царства стужи, Где день и ночь метелит или вьюжит, Где царский замок высечен из льдин, И ветры бесприютные над ним Сопровождают воем каждый ужин. Покайся, Кай, в пути твоя сестра, Наивная, с глазами цвета неба, Она тебя найдёт, где ты бы не был, Зажав в руке совсем недетский страх. И резв олень несущий вдаль её, И звёздный свет дорогу освещает, А бабушка, за всё тебя прощая, Глаз не сводя с окна, всё слёзы льёт. (с) Нью-Эвелин

Ореховый: театр-весна Некуда подорваться, некуда воспарить Кукольник - в резервации, не с кем поговорить. Кукольник сочиняет, кукольник подчиняет, кукольник починяет рваных марионеток. Этот парик негоден, этот костюм не в моде, этот нормально, вроде, только вот кукол нету. Кукол всё время нету, куклы идут по свету, куклы не любят веток, бьющих их по лицу. Куклы дружат не с теми, куклам метели стелют, куклы уносят время, время идет к концу. Не с кем махнуть по сотке, не с кем рвануть в бега Кукольника кроссовки переживут снега. Кукольник в легком весе, кукольник вечно в красном, кукольник не прикроет в небо глядящих ставен. Кукольник пишет пьесы - пьесы про всё прекрасно, всё бы прекрасно кроме - пьесы никто не ставит. Кукольник рыжей масти, зрители подлецы. Кукольник просто мастер, мастер-эритроцит. Кукольник пишет всуе, мастер жует резинку, у него за плечами мир безнадежно мертвый. Если он не рисует Арлекину слезинку, то Арлекин ночами тырит тушь из гримерки. Если он сочинил бы вместо чужих Монтекки, ну например, Пуччини, ну, например, Королли... зритель ломает нимбы, смазывает оттенки, только надгробья чинит, только меняет роли. Кукольник, как сапожник, пьет и считает дни. Кукольнику, похоже, некого подчинить. Он изменяет годы, множит на ро, и город, город меняет тоже, сцену меняет жестом. Кукольник - он не гордый, как тут побудешь гордым, если мороз по коже рыскает против шерсти? Мастер несовершенен, мастер не со-вершинен, мастер закурит трубку, ставя Пьеро заплатку, вишнями пахнет сцена, вешне запахнет ширма, кукольник тянет руки к теплому беспорядку. Кукольник хочет к маме, хочет рыдать и лгать, Ангелы задремали, некому помогать. Не к кому прислониться, некому пошептаться, не с кем глотнуть по капле жаркого эликсира. Вот ведь опять приснится, сколько осталось станций? Что бы ни предрекали - снова свежо и сыро. Вот он выходит в полночь, шорох ночных перил. Если бы он не вспомнил и не заговорил. Только уходит морок, запах лимонных корок, в воздухе соль и порох - как и всегда весной. Там, где играет скрипка, жизнь начиналась с крика, ветер в лицо - смотри-ка, как тебе - не со мной? Красное кровяное тельце в созвездье Овна, ветер мотает бревна, что ему твой вертеп? Нервов хитросплетенья, если дышишь неровно, значит, весны нейроны станут тебя вертеть. Кукольник трет ладони, тщательно рвет листки Только бы он сегодня не пережил тоски... Кукольник смотрит в щелку, мир надувает щеки, он виноват - еще бы, в мире весна дрожит. Не до страданий, право, кукольник пишет правой, кукольнику по праву время принадлежит. Кукольник смотрит в лето, мастер не знает меры, мастер раздвинул шторы, мастер летит в Тибет. Он распорол Джульету, он перешил Ромео, страшно подумать, что он переменил в Макбет. Мастер - а что такого? Мастер - не нам чета. Музыка - Шостакович. Пульс - не пересчитать. Будет весна за бортом, будут птенцы хандрить. Кукольник за работой, некогда говорить. izubr

Червонная Королева: Малыш и Карлссон. P.S. Здравствуй, Малыш. Все нормально. Живу на крыше. Я все такой. По-прежнему вздорный. Рыжий. В меру упитан. В полном расцвете лет. Да, не летаю. В общем и целом – не с кем. И не считаю небо занятьем детским. Ты –то хоть помнишь? Нет, ты не помнишь. Нет. Кристера видел. Спился. Весьма уныло Выглядит на панели твоя Гунилла. А про тебя я в курсе из новостей. Стал депутатом в риксдаге ты или где там? Сто дураков внимают твоим советам. Ты не пустил на крышу своих детей. Тихо кругом. И пусто. Ну, разве кошка Черная промелькнет в слуховом окошке, С улицы донесется неясный вздор. Я, не меняя, переодену гетры. Все как обычно. Осень. Дожди и ветры. Лень есть варенье и проверять мотор. Я не летаю. Я не могу - с другими. Кстати… Ты и не знал – у меня есть имя… И не узнаешь, но подводя итог, Я не виню тебя. Все мне вполне понятно. Капли из низкой тучи еще бодрят, но… Просто, Малыш, ты вырос… А я не смог. (c) zrbvjd ответ: Карлссон, слушай, я занят, поэтому в двух словах, Пишу в интернет, по почте уже не дойдёт: Лети если можешь, спускайся так, на ногах. Если не можешь - пришлю пожарный расчёт Дом подготовлен к сносу, я всё подписал, И даже десять тыщ паровых машин Те, которые ты тогда обещал Не остановят бульдозер. Реальный. Один. Помнишь от старости умер мой первый щенок? Сын его внука грызёт ковёр у окна. Те говоришь - я мог, ничего я не мог, А моё имя, да что теперь имена... (с) zavhz

Сказочник: Коротко, зато по делу. Попытка к бегству. Пусть неровен и петлист Путь до сказочного мира: Я не просто эскапист – Я прикончил конвоира. (с) Евгений Лукин

Урфин Джюс: И снова об экранизации Тимом Бертоном "Алисы в Стране чудес". Вернее это не экранизация, а скорее переосмысление. Короче на днях вышел тизер-ролик его нового фильма, а через пару дней вышла локализованный тизер. Лично я с интересом слежу за проектом. Далее ссылка на ролик. 24 метра. Локализованный ролик

Ореховый: Урфин Джюс а чем это просматривать? я к фильму видел фотографии и меня опечалила Алиса какая-то она попсовая

Урфин Джюс: Я просматриваю любое видео KMPlayer. Скорее всего это будет читаться Media Player Classic входящего в набор кодеков K-Lite. Насчет Алисы есть такое дело. Хотя по сюжету она сбежала за Белым Кроликом, чуть ли не из под венца. Но ИМХО все должна решить игра самой актрисы. По тизеру игры пока особой не видно. Но Шляпник, Червонная Королева и Чеширский кот меня уже порадовали. Главное еще чтобы сценарий не подкачал. Все-таки история не из первоисточника. Но ИМХО мир как раз для Бертона.

Червонная Королева: Вариации на тему... На орехи досталось всем. Чеширский Кот начал таять в воздухе. Сперва исчезла голова, потом туловище, и лишь подёргивающийся хвост ещё какое-то время виднелся в воздухе. - Скажите, пожалуйста, - спросила Алиса, - почему вы исчезаете в обратном порядке? Где же ваша знаменитая улыбка? Кот слегка проявился обратно. - Не до улыбок мне шейшас, - пробурчал он. – К штоматологу хожу, не фидно фазве? * * * - Скажите, пожалуйста, Герцогиня, - спросила Алиса, - ну почему вы так любите выводить из всего мораль? Герцогиня посмурнела. - Влияние советской школы, понимаешь ли, душечка… И ещё скажи спасибо, что я не упоминаю всюду руководящую роль партии. * * * - Гусеница, скажите, пожалуйста, зачем вы курите кальян? Ведь это же вредно! - Видишь ли, - ответила Гусеница, - я просто не хочу превращаться в бабочку. Ты когда-нибудь видела курящих бабочек? - Нет, - пробормотала Алиса. - Вот то-то и оно, - заключила Гусеница. - Но курящих гусениц я тоже раньше не видела, - не отставала Алиса. - Н-да? – сказала Гусеница. И исчезла. * * * - Ну какие же вы одинаковые! – изумилась Алиса, смотря то на Труляля, то на Траляля. - Что значит – «мы»? – хором возмутились братья. – Я вообще-то тут один! - Точно? – спросила Алиса. - Абсолютно точно! – в унисон заверили её братья. Алиса вздохнула, и подумала, что от гриба надо откусывать пореже… * * * - Уважаемый Болванщик, а зачем вы запихиваете Соню в чайник? – спросила Алиса. - Потому что кофейника нет, что тут непонятного? – удивился Болванщик. * * * - А скажите пожалуйста, почему вас называют Мартовским Зайцем? - Потому что я не заяц, - хмуро ответил Мартовский Заяц. – Я кролик. И к тому же на моих часах всё время март. Если бы ты знала, девочка, как я устал! * * * Алиса наклонилась к стоящему в цепях Валету и тихонько спросила: - А вы в самом деле стащили эти несчастные пирожки? - Ну что вы! – с упрёком ответил Валет. – Это мои собственные пирожки. Я ими торгую. - А почему же вас судят? – удивилась Алиса. - Санэпидстанция придралась, - буркнул Валет. – Теперь дело шьют… (с) Сумеречный Макс

Безумный Шляпник: Мальчик собирал кусочки льдинок Пальцы бедные совсем окоченели И осколки ледяных песчинок В вихре снежном горестно звенели Ждал он поцелуя королевы Ледяного рта укол горячий Пальцы окровавленные пряча И усталый взгляд поднять не смея Мальчик составлял простое слово Лабиринт старинный и усталый Лишь взглянула на него сурово Белым снегом все вокруг устлала Отсюда.

Червонная Королева: Летописец Мистер Инк не любит свой глупый пост -- нет ни премий, ни выходных, невозможно проспать и уйти в запой, бесполезно ворчать и ныть. Он сидит, угрюмый, как Эдгар По, как подкидыш седой луны. Мы несемся мимо -- нелепый полк, валуны. Мистер Инк всё чует: сирень, и тлен, запах моря и запах пихт. Слышит всё, что случается на земле, каждый голос, и взрыв, и писк. Мистер Инк высок и широкоплеч, Мистер Инк никогда не спит. Мистер Инк говорит себе много лет "потерпи". Мистер Инк заносит в большой альбом речь любую, любую весть, Мистер Инк фиксирует чью-то боль и усталость, и смех, и спесь. Всё, что он не заметит, летит за борт, иссыхает, теряет вес. Он, быть может, запишет и нас с тобой, как мы есть. Миссис Инк никогда не выходит в свет; молчалива, суха, бледна. Миссис Инк красит небо в фамильный цвет, стоя вечером у окна, варит мужу чаёк на разрыв-траве, режет к ужину ананас и уходит, прикрыв за собою дверь, спать одна. В тех краях, доложу вам, царит зима: стужа, ветер и вечный лёд. Сменщик мистера Инка сошел с ума, а другого никто не шлёт. (с) lllytnik



полная версия страницы