Форум » Изумрудный Город » Лавка сладостей. День третий. » Ответить

Лавка сладостей. День третий.

Сказочник: В прошлом любимый магазинчик всех малышей Изумрудного города. Лавка сладостей закрылась сразу, как начались изменения в Волшебной стране. Окна заколотили, дверь заперли на замок. А вскоре стало принято и вовсе не замечать небольшой трехэтажный домик. Немногочисленные жильцы оттуда съехали, вместе с бывшим хозяином сладкого царства, а новые селиться не спешили. второй день истории

Ответов - 33, стр: 1 2 All

Герда: Ночь со второго на третий день. Если спать никто не хочет, предлагаю что-нибудь натворить! Слова Мари вызвали у Герды невольную усмешку - практически чистое, незамутнённое отражение улыбки прежней Герды, той, которую ещё помнила Маленькая Разбойница. Однако света от костра было слишком мало, чтобы кто-то из присутствующих мог поклястья в увиденном наверняка. - Я в этой неправильной Сказке врядли намного дольше Вас, Мари, но мне всё чаще кажется, что невозможность разобраться в происходящем - отличительная черта абсолютного большинства её обитателей. Иначе в оппозиции не возникло бы надобности. Да и в нас с вами... Собственный голос показался вдруг чужим, а открытие - холодным, практически ледяным. Словно ушат ключевой воды за шиворот. Желая на что-то переключить своё внимание Герда наконец взяла в руки свою чашку, задумчиво повертела её в ладонях. Чай уже успел остыть, но тем ни менее девушка сделала небольшой глаток, практически не чувствую вкуса напитка. Ей очень хотелось скрыть от остальных, да и от себя самой, по-детски обидное разочарование. Если Мария не принесла с собой новостей, откуда же им взяться у Лайи?.. Дорогие мои коллеги по оппозиции, может быть попросить у Сказочника и компании приключений на свои головы? У меня что-то фантазия заржавела от долгого её неиспользования. Или, если вы против, хотя бы для меня одной проблем свыше...

Маленькая Разбойница: Ночь со второго дня на третий. Вперед, и только вперед - девиз неправильных раков. - Это ничего, - Лайа кивнула, бросив быстрый взгляд на Мари, - вскоре выясним. Несмотря на то, что дождь за окном кончился, в комнате не стало теплее. Огонь горел с прежней силой, но Разбойнице было зябко от того, что Герда неожиданно ожесточилась Лайа хорошо понимала: старая знакомая изменилась. Не могла не измениться. А как иначе? Если ты хоть раз побывал в Вондерленде, до и после всех этих масштабных «реформаций», то равнодушным не останешься. Это как читать длинную сказку; читать долго, упорно, с огромным интересом. Вникать, понимать, сочувствовать и радоваться вместе с героями, и непременно знать: все будет хорошо. Конечно, по-другому и быть не может. А потом вдруг почему-то остановиться, отвлечься на другое. Может, дела задержали, ЧП какое произошло, по работе отвлекли.. И не то что бы забыть, но.. Ведь все закончится хэппи-ендом, да? А потом, тихим вечером, устав от беспрерывной череды ярких картинок телевизора, снова взять книгу в руки. И узнать, что принцесса умерла, принц остался калекой с душевной травмой, а главным злодеем оказался тот, кому вы больше всего симпатизировали. Но всегда есть выход. Можно вырасти, стать сказочником самому, и исправить непонравившуюся концовку второй частью. Так что.. Осталось только приложить усилие. И львиную долю веры. Вскользь коснувшись плеча Герды, Разбойница направилась к лестнице и поднялась наверх. Старые влажные доски скрипели, древоточцы, давно там обитающие, наверняка ругали такое самоуправство и нарушение прав честных жуков. Впрочем, оппозиционека вряд ли что-то слышала; а если и слышала, то не обратила внимания. Глаза напряженно всматривались в темноту. Придерживаясь за перила, девушка осторожно прошла вперед по коридору, нащупала пальцами дверь – когда-то лакированную, а сейчас покрывшуюся сеточкой щербатых трещин, и толкнула. Снова скрип. Старые дома там одиноки, что говорят при каждой представившейся возможности. Те немногие предметы, что были неаккуратно расставлены по комнате, были едва-едва освещены – не то что бы светом, скорее светлыми тенями. Ага, вот и сундук… Два? «Хмм, в прошлый раз его не было…» Осторожно открыв и первый, и второй, Лайа, ожидавшая увидеть что угодно – от контрабандного оружия, до Белого Кролика, давно скрывающегося здесь, в сундуке, по причине компактных размеров, - с удивлением обнаружила аккуратно сложенную одежду. Вытащив первую вещь, оказавшуюся теплыми штанами (трудноопределимого цвета), Разбойница заметила, как что-то светлое и легкое спланировало на пол. На проверку этим чем-то оказался клочок бумажки, с лаконичной надписью – «Лайа». Ясно, значит, этот набор – ее. - А этот, значит.. – Девушка перетряхнула другу кофту, успев поймать вторую бумажку прежде, чем та упала, - Мари?.. Когда Лайа спустилась вниз, одетая в костюм темно-серого цвета (рубашка, брюки, куртка, добротные сапоги, которым не страшен никакой ливень), Мария все еще была с ними. А ведь вполне могла уйти, передав весть от Чешира… - Мария, поднимись, пожалуйста, наверх, вторая дверь слева, - Лайа поправила зажатый подмышкой пакет с защитным костюмом и респиратором, - там, в сундуке, вещи и для тебя. Переодевайся, пойдем. После чего развернулась к Герде и Питеру: - Нам нужно уходить. Сейчас, - девушка чуть склонила голову на бок, - а вы останетесь пока тут, где безопаснее всего. Пожалуйста, никуда не уходите, дожидайтесь моего возвращения. Или весточки от меня.. Которую могут передать только крысы, и никто другой. И еще.. Разбойница прошла мимо импровизированного очага, к входу в другое помещение. - Пройдете прямо, вдоль комнаты свернете направо. Там будет маленькая дверь; она ведет на задний двор. Там очень удобные кусты – большие, развесистые, - Лайа чуть улыбнулась, - в случае.. Непредвиденных обстоятельств сразу выбирайтесь из дома именно по этому пути. ----------Бар "Дверь в стене"

Мария Штальбаум: Глубокая ночь начала третьего дня. Разве жизнь – не череда оксюморонов? Как это грозно звучит, однако, - оппозиция. Мысленно повторив это красочное название несколько раз, даже чувствовать себя начинаешь как-то увереннее. Вроде бы ты не один. Вроде бы ты нужен. «И при всех идеологических плюсах всегда найдется тот, кто будет тобой командовать и великодушно обрекать на смерть. Замечательное занятие, что ни говори». Мари прекратила, наконец, испепелять ни в чем не повинных окружающих своим успокаивающим, полным искреннего сочувствия взглядом и направилась в сторону лестницы, мягко ступая по скрипящим доскам. «Сырое дерево. Топить неудобно. Хотя, может быть, пропитанные радиоактивными дождями доски горят еще лучше сухих, кто знает». Мари некстати вспомнились венские пожары – цветные гибкие пятна трескучего огня под аккомпанемент хрипов стекла и деловитых криков поджигателей. «Может быть, и лучше». Мадмуазель Штальбаум глубоко вздохнула и толкнула дверь комнаты на втором этаже, возвращаясь из пространства въевшихся в память горячих вспышек в реально существующую темноту коридора. Относительно реально существующую, конечно. Еще три шага на цыпочках. «Спасибо. Надо же. Как приятно, мистер Чешир. Мне даже как-то неловко». Правильно, очень предусмотрительно. А куда же в Волшебной Стране без респиратора? Никуда. Собираться, конечно, нужно быстро, но Мари все-таки улучила мгновение на то, чтобы просто провести рукой по теплой ткани и улыбнуться сидящему сейчас в нескольких кварталах отсюда Чеширскому коту. Сменив мокрое платье и легкие поношенные туфли на куда более подходящую одежду (возможно, ей стоило бы назвать обмундированием), девушка застегнула пояс, подхватила комбинезон и респиратор и заботливо закрыла сундук. «Белое, сероватое, какая разница? Каждому надо подбирать подходящий цвет – сумеречный, защитный или, например, савана». Когда Мари спустилась вниз, Лайа рассказывала Герде что-то важное насчет запасных выходов. Наверное, оппозиционеры должны говорить «инструктировала». «Может быть, и я так стану выражаться. Если доживу, конечно. А не доживу – ну и ладно». - Все будет в порядке. Возможно, мы скоро вернемся, - честно заметила Мари и тепло улыбнулась Герде и Питеру. «Скорее всего, вернемся. Из неведомого места назначения, которое приято посещать только в респираторах и в присутствии оппозиционных лидеров». - Нам пора, - мадмуазель Штальбаум осторожно открыла дверь и прищурилась, вглядываясь в безмолвную темноту улиц. Несомненно, чрезвычайно опасную. Вперед, и только вперед. Но без песен – это не субботник, а что-то вроде секретной операции. ---- Бар «Дверь в стене»----


Герда: Ночь третьего дня. С уходом Лайи и Мари убежище Герды и Питера покинули, как показалось девушке, весь уют и чувство безопасности. И Герда, и Питер были гостями этой не детской сказки. У каждого из них за плечами была своя дорога и своя история, которые никоем образом не пересекались, даже не смотря на принаджлежность обоих к миру, именуемому здесь Реальностью. А на общую дорогу они пока ещё не ступили, да и как знать - ступят ли вообще?.. В этой сказке ни в чём нельзя быть уверенным. В любом случае, обще темы для разговора упрямо не желали находиться... Неуверенно улыбнувшись, Герда отставила в сторону кружку и, кутаясь в плащ, подошла к окну. Что она хотела там увидеть?.. Да ничего, пожалуй... Разве что возвращения тех немногих своих знакомых, что успели появиться у неё здесь. Но для этого было ещё слишком рано. А может быть девушка ожидала чего-то, что принесёт с собой перемены в эту переполненную неопределённостью ночь?.. Герда никогда не любила ждать. Даже необходимое ожидание своей очереди на школьных экзаменах могло выбить почву из-под ног и лишить уверенности в себе и свих силах. - Я пойду осмотрюсь, - внезапно приняла решение девушка. Дом покидать она не собиралась, но и сидеть без дела больше не было сил. Вероятно, если бы гулять по дому было нельзя - Лайя упомянула бы от этом?.. Герда едва заметно поморщилась - выдумывать себе оправдания она так же никогда не любила.

Хлоя: Третий день. Ночь. НЕдетское время. В час, когда подавляющее большинство детей спало, маленькая девочка шагала по городским улицам, шлепая маленькими туфлями по мутной каше мостовой, пачкая брызгами маленькие бантики на туфельках. Маленькая девочка с пышными бантами в волосах в платье лазурного кружева с букетом цветов в руках казалась на этой грязной улицы чужеродным объектом, чем-то нереальным, обманом зрения. Вот только девочка галлюцинацией не была. Более того, Яло была более чем уверена, что ни один патрульный не поверит в то, что девочка ему мерещиться. Но, к счастью, никто из патруля на встречу Хлое еще пока не попался. И девочка, надеялась, что и не попадется. А то получиться, как в прошлый раз, когда улизнув из дома на позднюю прогулку Яло в первом же переулке налетела на постового дуболома и была отконвоирована в тюрьму до выяснения обстоятельств, которое, надо отметить, оказалось не долгим. Первый же встретившийся более высокий по званию страж опознал в девочке любимую игрушку глав.промышленника и Хлою тут же освободили и отконвоировали домой... В тот месяц, на принадлежащем промышленнику лесозаготовительном комбинате установили рекорд "гос.заказ в семь раз быстрее установленного срока". Смены рабочих в тот период увеличились почти до полных суток. Хлоя, узнав об этом, была в ужасе и зареклась больше не устраивать ночных прогулок. Но сегодня... сегодня был особый случай, когда-то давно именно в этот день не стало тетушки Аксал... Навестить ее днем у Яло не получилось, не позволил промышленник, поэтому пришлось сбежать ночью. Вот так и получилось, что держа в руках букет цветов и тщательно стараясь избегать патруля, Яло шагала по улицам города. Маленький острый камушек, отскочив от мостовой, угодил в туфлю девочке. Яло остановилась и, упершись одной рукой в край подоконника ближайшего полуразвалившегося домика, начала развязывать бант-застежку на туфле. "А ведь здесь когда-то была лавка сладостей," - возясь с завязкой, размышляла Хлоя, - "сразу и не узнать, как же сильно изменился город. Да, еще этот туман, как в зеркальных мастерских".

Герда: Ночь третьего дня. Поводив девушку какое-то время по пустынному первому этажу, любопытство указало Герде на лестницу, что вела на верхние этажи дома. Поколебавшись несколько мгновений, девушка поставила ногу на первую ступеньку... "И вовсе не так страшно, как ты себе выдумала, правда?.." - усмехнулся внутренний голос. "Не страшно..." - покорно согласилась Герда, но затем встрепенулась. "Не страшно? Я и не боялась!.." "Но почему тода сердце бьётся чуть учащённее, чем обычно?.." Вместе с пришедшим на ум ответом Герда почуствовала, как заливаются румянцем щёки. "Веду себя словно проказливый ребёнок! Сую свой нос туда, куда не следует совать..." Выше первой ступеньки упорно не желал пускать здравый смысл... А, быть может, что-то ещё?.. Когда Герда уже приняла решение вернуться к Питеру и постараться немного поспать до рассвета, взгляд её случайно скользнул за окно, наполовину закрытое старыми занавесками и паутиной. Небольшая фигурка, склонившаяся над чем-то скрытым от глаз Герды, враждебной девушке не показалась, однако что в этом мире на самом деле является тем, чем кажется на первый взгляд? Стараясь не шуметь, девушка приблизилась к окну. Маленькая фигура оказалась девочкой лет десяти-двенадцати. И довольно-таки странной девочкой по здешним меркам! Разглядывая незнакомку из своего укрытия, Герда поймала себя на мысли о том, что до сегодняшней ночи ей казалось, будто все атрибуты радости в Изумрудном городе объявлены вне закона!.. Воздушное платье в лазурном кружеве, пышные банты и... цветы в руках... ...Какое-то давно и прочно позабытое чувство заставило сердце дрогнуть, а потом и вовсе замолчать на несколько коротких судоржных вздохов... Как назывались эти цветы? Откуда они в недружелюбном городе? Чьи руки вырастили или попросту сорвали их, и для кого? И, наконец, что значат для Герды эти цветы, вовсе не ей предназначенные?.. Как много вопросов для одного мгновения... Звук разбившегося об пол забытого кем-то на подоконнке глиняного кувшина, который Герда случайно задела рукой, показался девушке оглушительно громким.

Хлоя: Третий день. Ночь. Яло уже застегнула туфельку и собиралась продолжить свой маленький поход, когда вдруг раздался резкий звук, из тех, что обычно издает керамика между тем, как упасть на пол, и разлететься на черепки. Звук отозвался слабым эхом в тишине переулка и растворился в тумане. Яло вздрогнула и, обернувшись на звук, увидела в окне бывшей лавки сладостей девушку. В первый момент Яло испугалась, вдруг девушке придет в голову позвать патруль или же вдруг кто-то из патрульных уже бежит сюда, привлеченный звуком чего-то разбитого. Хлоя еще раз оглядела улицу: в радиусе видимости никого кроме ее самой и неизвестной девушки не было. Паника потихоньку начала отступать из сознания Яло. "Да, этот же не центральные улицы, тут чаще встречаются те, кто лишний раз встретиться с патрульными не хочет. К тому же, как там Оля говорила: "У тебя глаза добрые, а, значит, и сердце доброе." Может обойдется все," - мысленно успокоила сама себя Яло и, посмотрев на девушку, приложила указательный палец к губам: - Тс-с-с, - почти умоляющее прошипела Яло.

Герда: Третья ночь истории. Машинально, не задумываясь о том, что делает, Герда повторила жест "неправильной" девочки и улыбнулась: и ей, и ситуации, и своей неожиданной непосредственности. Тревога ушла так же стремительно, как и появилась. А затем Герда совершила ещё один необъяснимый с точки зрения логики поступок: жестом попросила девочку оставаться на месте, а сама поспешила к двери, стараясь не наделать ещё больше шума, чем уже натворила, разбив кувшин. Слова Вольфганга о том, как опасно гулять по ночному городу, и более поздние предупреждения Лайи не остались забыты, просто они... Хм, скажем, отошли на второй план. Тем более для чувства, именуемого Осторожностью, у Герды нашлось бы объяснение: "Формально я ведь никуда не ухожу..." Дверной засов поддался не сразу. Герда даже немного испугалась, что девочка могла убежать, не желая встречаться с незнакомкой из заброшенной лавки сладостей, однако попыток своих не оставила. Наконец дверь поддалась. И поддалась на удивление бесшумно. Вздрогнув и поёжившись от ночного холода, девушка поплотнее запахнулась в плащ и ступила на мостовую. Теперь от девочки её отделяло расстояние в пять-шесть шагов, из которых Герда проделала половину, не желая оставлять ночную путешественницу без права выбора. Только теперь девушка сумела как следует рассмотреть её. "И впрямь - какая-то неправильная девочка! Хотя нет, скорее правильная - милая, нарядная, с бантами в волосах и цветами в руках - но отсюда и вся её чуждость этому городу..." - Прости, я напугала тебя, - произнесла Герда. - Сама не знаю как я умудрилась не заметить кувшин. Не Бог весть какое начало разговора, но отпускать девочку, не перекинувшись с ней и парой фраз, Герде почему-то не хотелось. Подсознание упорно пыталось понять - куда же подевались остальные беспечные девочки с цветами в руках? Почему они перестали верить и предпочли смириться с подменой Сказки на Реальность? Чем больше Герда думала о последних двух днях своей жизни, тем больше происходящее напоминало ей тот мир, который она покинула однажды. Та же ложь, та же жестокость, и то же выживание вместо настоящей - яркой и волнующей - жизни... Всё то, чему в Сказке просто по определнию места быть не должно. Куда же подевались доверчивые маленькие девочки? Почему даже этой - "неправильной" - девочке не понаслышке знакома осторожность и старх?.. Герда невольно вздохнула - совсем как дома, в Реальности, вопросов было на порядок больше, чем ответов на них... Хлоя, очень надеюсь, что ты не планировала от меня убегать!.. А если и так, то это всегда можно успеть сделать.

Хлоя: Ночь третьего дня. Незнакомка в точности повторила ее жест, Яло почувствовала что-то сродни де-жа-вю. Такое странное чувство, как будто время вдруг огромными скачками понеслось назад, в одну секунду вернувшись более, чем на десятилетие, в те годы, когда была еще жива Оля, когда весь мир Яло состоял из точно повторенных жестов, и этот мир был счастливым. Как же давно это было... Яло помотала головой, отгоняя случайное наваждение. Незнакомка в окне никак не могла быть Олей, у нее совсем другое лицо, да и не бывает так, чтобы ушедшие за черту яви возвращались. Не бывает. Незнакомка была не Олей. Но она так же не была и обычной горожанкой. Жительницы Изумрудного Города давно уже разучились улыбаться, а выбежать из дома ночь лишь для того, чтобы извиниться перед первой встречной, - это, вообще, поступок давно не свойственный никому из горожан. Похоже, девушка, действительно, была не из этих мест, а значит... Да, ведь сейчас это уже ничего не значит. Это когда-то давно Хлоя расспрашивала всех не горожан в надежде, что хоть кто-то сможет ей что-то рассказать о судьбе Гурда. Теперь уже надежда та давно перегорела, осталась лишь привычка и капли любопытства, в силу которых Яло и продолжала цепляться за возможность поговорить с людьми не из Изумрудного Города. - Ничего страшного. Я уже не боюсь, - улыбнулась Яло в ответ на извинения девушки, - я тоже иногда бываю такой неуклюжей, что просто ужас.

Герда: Ночь номер три. - Мне кажется, ночь - не самое лучшее время для прогулок, - осторожно заметила Герда, не желая, чтобы в её голосе был хотя бы намёк на тот тон, каким обычно "очень умные взрослые" говорят с "очень маленькими детьми". В глазах девочки, каким бы ярким не был её облик, было не слишком много от ребёнка. Впрочем, Герда почти не видела детей в Изумрудном городе. Но и двух дней хватило, чтобы понять - время детства здесь может варьироваться от просто тяжёлого до невыносимого... Нет, девушка могла до утра строить предположения, но за каждым из них следовал неизменно один вывод - это потрясающе "неправильная" девочка! Герда едва слышно усмехнулась своим мыслям, качнула головой и вновь обратилась к девочке: - Я не так давно в этом городе, но уже успела уяснить, что ночью на его улицах делать нечего. Ты, похоже, думаешь иначе?.. Кстати, моё имя - Герда. С каждой минутой находиться снаружи становилось всё более и более неуютно. В памяти Герды невольно всплыл их нехитрый костерок посреди комнаты и остывшая чашка с чаем. Девушка плотнее закуталась в плащ и только тут обратила внимание, что на её новой ночной знакомой нет ничего, что могло бы носить звание верхней одежды. - Ты... Тебе не холодно?.. - с плохо скрываемым изумлением спросила Герда, мигом позабыв о завязках собственного плаща. - Так ведь и простудиться не долго!..

Гурд: /Улочки Изумрудного Города/ День третий. Ночь. Дверь бывшего магазинчика со скрипом отворилась и в дверном проеме показалась высокая бесформенная фигура. Тусклый свет случайно попал на ее лицо. Гурд поднял голову и оглядел помещение. Запущенный домишко, каких сейчас сотни в Изумрудном горде. Окна заколочены, дверь давно не смазывалась, отукда-то доносятся тихие голоса...Голоса? Гурд прикрыл за собой дверь и, стараясь шуметь поменьше, пошел туда, где слышался разговор. Среди пыльных комнат стояли две девушки и в полголоса разговаривали. Одной из них была Хлоя и Гурд подавил желание обнять ее. "Еще испугается, мы с ней давно не виделись. Стоят тут, шепчутся, а тут сзади такой "медведь" ее обнимет и все - обморок". Гурд еле заметно для самого себя улбынулся и продолжал стоять за дверью, прислушиваясь к разговору, решив найти подходящий момент и вклиниться в разговор.

Хлоя: Третий день-ночь. Яло кивнула, соглашаясь со всем, только что услышанным. Да, верно, ночь не самое подходящее время для прогулок. И ночью на улицах города делать ничего. Да, правда, холодно. И простудить не долго. Все точно. Вот только. Другого времени для прогулок не найти не правдами, не неправдами. К тому же, когда есть цель пути, то уже нельзя сказать, что делать нет. А сменить платье на что-то менее броское и практичное, значит, обменять шанс быть узнанной на перспективу сгинуть среди тюремных стен. Да и не было у Яло особо времени размышлять над тем, что одеть: сбежать и вернуться как можно незаметнее, быстро и без шума, что бы не хватились, чтобы не было лишних вопросов... "А ведь она и правда, не из Изумрудного города," - подумала Яло, услышав, что ее новая знакомая здесь не давно, - "не похожа она на типичных горожанок. И имя у нее необычное. Напоминает о сказочных историях, которые Оля так любила читать вместо школьных учебников... Интересно, откуда она." - Откуда ты? - особо не задумываясь, озвучила свой вопрос Яло и тут же спохватилась, - ой, прости, не отвечай, если не хочешь... Мне просто любопытно стало... Кстати, я же забыла представиться. Мое имя Яло... то есть Хлоя... То есть меня зовут Яло, но называют Хлоей.

Герда: Ночь третьего дня. - Яло... - одними губами повторила Герда. На мгновение она почувствовала растерянность - вдруг показалось, что имя, подобное этому, она уже слышала раньше... Нет, просто показалось. А вот имя "Хлоя" в мире Герды встречалось на порядок чаще и совсем не привлекало внимания, в отличии от странного "Яло". Однако, не особенно задумываясь о причинах, Герда окрестила свою новую знакомую именно этим вторым именем. - Я из мира, который здесь называют Реальностью, - ответила Герда. Девушка не стала лгать, вновь обращаясь к несуществующей деревне, хотя доверять вот так кому бы то ни было после нескольких минут знакомства было не в её правилах, но... Яло хотелось верить. Даже если потом придётся расплатиться за свою опрометчивость. "Эта девочка слишком неправильная, чтобы поступать, как поступило бы большинство..." Герда едва заметно улыбнулась своим мыслям. Однако внезапно улыбка исчезла с лица девушки, Герда зябко повела плечами. Но отнюдь не холод стал причиной того, что взгляд девушки стал настороженным: за ними кто-то наблюдал. Герда всегда остро чувствовала чужой взгляд, направленный на неё украдкой, и сейчас не было причин не доверять интуиции. В городе, где от одной мысли о представителях законной власти бросало в дрожь, не стоило принебрегать осторожностью. Если этот некто - друг, он найдёт способ предупредить о себе, если враг... Об этом Герда старалась не думать, потому как вариантов действий у неё на этот случай имелось ничтожно малое колличество. - Яло, за нами кто-то наблюдает, - произнесла Герда, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Думаю... Фраза так и осталась незавершённой, потому как в голову Герды закралась мысль, которая заставила девушку в полной мере ощутить страх: если наблюдатель - враг, ни в коем случае нельзя возвращаться в лавку. Во-первых, там остался Питер, который скорее всего уже спит, а значит станет лёгкой добычей для любого нападающего. А во-вторых, этот заброшенный не первый день служил укрытием для Лайи и её друзей - нельзя ставить его под угрозу. Но Яло... Предлогать девочке бежать по меньшей мере глупо - более заметный объект для погони на улицах города отыскать будет сложно. Герда пристальнее вгляделась в темноту, желая чтобы неизвестность наконец перестала нависать над ней и Яло неведомой угрозой.

Хлоя: Третий день. Ночь. - Из Реальности, - даже немного удивилась девочка. С тех пор, как несколько лет назад Яло, последний раз в жизни, наверное, пройдя сквозь картину, покинула Отраженную Действительность и осталась в Worderland'е девочке не доводилось сталкиваться ни с кем из Реальности. В какой-то момент Яло решила, что волшебное зеркало утратило свою силу или просто уснуло, и связь Реальности и Отражения нарушилась. Яло даже как-то попыталась свою догадку проверить, но, добравшись до верхушки лестницы, уперлась в глухую стену - без Оли Отраженная Реальность была для нее закрыта... Сейчас, глядя на свою собеседницу, Яло поняла, что ошибалась, зеркало не спит и не утратило силу... Но тогда почему гостя из Реальности одна?.. А может она появилась здесь с помощью другой магии? Возникшие вопросы Яло поспешила задать Герде: - Ты ведь попала сюда через зеркало? А почему ты одна? Вы с ней потеряли здесь друг друга? - предположила Яло, - и поэтому ты не можешь вернуться в Реальность?... Или зеркало тебе хочет что-то показать? - высказала еще одну догадку девочка. Еще чуть-чуть и у Герды был бы отличный шанс утонуть в потоке хлоиных вопросов, но девочка во время опомнилась и обратила внимание на то, что собеседницу что-то взволновало. - За ними наблюдают? - переспросила "единственный настоящий ребенок". А ведь и правда, наблюдают. Теперь и Яло чувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. "Патруль? Да, нет, они бы сразу арестовали. Шпионы? Но зачем? Доложить королеве о госте из Реальности? Но тогда зачем столь длительное наблюдение? Горожанин? Но кто из местных жителей может оказаться на улицах в такое время? Кто-то не из города? Еще кто-то из Реальности? Или кто-то из Отраженной Реальности? Но тогда они бы не стали прятаться. Наверное," - как белки в колесе запрыгали мысли в голове у Яло, но отгадки к ребусу "кто за ними наблюдает" найти все равно не получилось. "А может показать этому наблюдателю, что мы о нем знаем," - неожиданно возникла на первый взгляд безумная идея, - "а может и правда? Это лучше, чем неопределенность." Решив так, Яло резко развернулась на каблучках. - Кто вы? - вглядываясь в скрывающую наблюдателя темноту, спросила Яло.

Гурд: Третий день. Ночь Гурд прислушивался к разговору девушек. Голоса становились все тише, и парню приходилось все сильней напрягать слух. Внезапно Хлоя повернулась к нему лицом, но было понятно, что она его не видит. - Кто ты? - спросила она, обращаясь к темноте. Гурд только решил раскрыть свое инкогнито, но его выдал не голос. Сухой комок встал в горле, раздирая мелкими коготками дыхательные пути. Парень постарался подавить кашель, но пыль, которой было ну очень много, не дала этому случиться. Гурд раскашлялся - так, как кашляют сильно больные люди, лающим кашлем, с присвистыванием, сгибаясь пополам. Краем глаза он заметил, что девушки испуганно глядели в ту сторону, где стоял он. Приступ прекратился так же быстро, как и начался. Гурд выпрямился и позволил слабому свету осветить себя, выйдя за пределы тени. - Здравствуй, Хлоя. И вы, здравствуйте. Прошу прощения, я вовсе не хотел напугать вас, - произнес парень низким,хрипловатым голосом.

Хлоя: Ночь третьего дня. Вместо ответа из темноты послышался удушливый кашель. "Человеку плохо," - мелькнула в голове у Яло, - "а вдруг это уловка," - почти сразу же возникла другая мысль. Девочка застыла, не зная, что делать, то ли бежать отсюда подальше, то ли шагнуть в темноту и посмотреть, не нужна ли "наблюдателю" помощь. Сделать выбор между двумя этими вариантами Яло не успела: незнакомец сделал несколько шагов вперед, выйдя из тени. Яло почувствовала что-то сродни де жа вю, как будто она уже где-то видела этого человека, жаль только лица не разглядеть. И тут незнакомец заговорил. Де жа вю сменилось узнаванием. - Гурд, - радостно взвизгнула Яло, забыв о том, что, вообще-то, ночью на улицах города лишний раз шуметь не стоит. Однако, сдержать эмоции сил не было. - Это и правда ты? - уже чуть тише, спросила Яло, как будто не веря собственным глазам, ты живой? Да, она и правда не верила - о судьбе Гурда с момента ареста она не знала ничего, была лишь смутная надежда, что ей маленькое исправление в списках главного промышленника помогло, и Гурд сумел избежать каторги... Вот только это была лишь надежда, никаких сведений у Яло не было. Ничего. Поэтому девочка и сомневалась, не врут ли ей глаза, не мерещиться ли ей знакомое лицо.

Герда: Ночь третьего дня истории. Неожиданная поспешность Яло не напугала Герду лишь потому, что испугаться девушка не успела. Самой Герде подобное "решение проблемы" и в голову не приходило. Вопросы, которые водопадом обрушила на неё "неправильная девочка" в другое время не мало удивили бы девушку, но сейчас остались без внимания и ответов. Изо всей трады Герда более-менее успела понять только про зеркало, а вот кто такая "она" и почему потерянная?.. Да какая разница?! Сейчас у них обеих есть проблема посущественнее. "Хоть бы не молчал! Пускай хоть что-нибудь ответит..." Мольбы Герды были услышаны в наикратчайший срок - уже через несколько мгновений от стены отделилась чья-то смутно очерченная фигура. Недостаток света не позволял девушке как следует рассмотреть незнакомца, но Яло... Яло узнала его. Узнала его, и с радостным криком бросилась на шею. "Значит, не враг. По крайней мере - не враг ей..." - устало подумала Герда, силясь унять дрожь, причиной которой был то ли холод, то ли пережитое волнение, но скорее всего - и то, и другое сразу. Реакция Яло вызвала у Герды слабую улыбку. Почему-то ей нестерпимо хотелось видеть в своей новой знакокомой ребёнка: обычную девочку - в точности такую, какой и положено быть ребёнку её возраста. Однако, оставаться на улице с каждой минутой было всё большим безрассудством для каждого из них: если уж Герда насквозь продрогла в своём плаще, то о Яло в её лёгком платье и о её неожиданно объявившемся друге говорить тем более не приходилось. - Простите за то, что вмешиваюсь, но не лучше ли нам укрыться в магазине?.. Раз уж на этой улице в столь поздний час оказались вы двое, я не хотела бы дожидаться пока кому-нибудь ещё захочется прогуляться. Я не знаю насколько будет уместно приглашать вас в пустую лавку, но... я приглашаю.

Хлоя: Ночь дня №3 В словах Герды явственно наличествовал здравый смысл: продолжать разговор, стоя на улице, - огромный шанс нарваться на патруль со всеми прилагающимися к этому событию последствиями. Так что необходимо было либо заканчивать разговор, либо найти для него более подходящее место. Яло пристально посмотрела на букет в своих руках, как будто где-то на цветочных лепестках крупными буквами было написано, какой из двух вариантов следует выбраться. "Тетушка Аксал на меня не обидеться? Ведь правда же, она добрая, она поймет, я к ней потом в другой раз схожу," - размышляла Яло, - "она ведь не обидеться, не, не должна," - приняла решение девочка. - Хорошо, - отозвалась Яло в ответ на слова Герды, - пойдем, - схватив Гурда за руку девочка потянула его внутрь лавки.

Серый Волк: /Улицы города/ Ночь третьего дня. По всей видимости, Сказочник временно отвлекся на других персонажей, потому что до лавки сладостей Вольфганг и Сара добрались без приключений. Это было даже удивительно, потому что после всего случившегося Волк уже готовился шарахаться от каждой тени, однако все по-прежнему было тихо, и тени таили одни лишь тени и ничего больше. Впрочем, Вольфганг все равно держался настороже. Но вот уже и лавка сладостей. От нее веяло непонятным теплом, словно воспоминания о былых временах, которые она сохранила, согревали воздух вокруг маленькой постройки, несмотря на сырость и промозглую ночь. Или, может быть, ему просто так показалось. Пропустив Сару вперед, Волк шагнул внутрь вслед за ней, уже зная, что найдет ее там - Герду, девушку, за чью Судьбу он стал считать себя персонально ответственным. Помимо Герды в лавке было еще два человека, но от них не исходило угрозы, хотя один из них выглядел весьма внушительно. Второй была маленькая изящная девочка, и Волку показалось, что он ее уже где-то видел, впрочем, сейчас его взгляд был устремлен на Герду и знакомство с остальными он оставил на потом. - Герда, - тихо произнес он, слегка просветлев лицом (попутно обнаружив, что всю ночь проходил с нахмуренной физиономией). - Слава Сказочнику, с тобой все в порядке, - он сделал движение, словно хотел подойти и обнять ее, но смутился и замер, переведя взгляд на «гостей» девушки. - Доброй ночи, - сказал он им, гадая, останется ли ночь такой же доброй и в дальнейшем.

Герда: Ночь третьего дня. Пропустив внутрь Яло и её друга, которого девочка назвала странным для слуха именем Гурд, Герда плотно заперла за ними двери. Где-то возле костра (наверняка уже потухшего) спал Питер, в заброшенной лавке сладостей не раздавалось ни звука. Осторожно обойдя черепки, некогда бывшие кувшином, и мысленно поклявшись себе убрать их, как только раздобудет где-нибудь совок и веник, девушка направилась следом за своими гостями. Но не успела Герда сделать и нескольких шагов, как дверь за её спиной чуть заметно скрипнула... "Ну вот... Кажется договорились", - обречённо подумала девушка, оборачиваясь. Воображение услужливо нарисовало ей недавних солдат, вломившихся в лавку Вольфганга... Но вот кого она совсем не ожидала увидеть, так это его самого в сопровождении Сары!.. Здравый смысл твердил ей, что они могут не вернуться, но что-то в глубине души, какая-то крошечная частичка прежней Герды, твердило обратное и просило только лишь не терять веру. Говорят, что если его-то долго ждёшь, то воспринимаешь это "нечто", как обыденность. А вот и не правда. Не раздумывая - что и зачем она делает - Герда кинулась на встречу вошедшим и крепко обняла Вольфганга. Всего на одно мгновение. Затем отстранилась и в смущении отступила на шаг назад. - Вы в порядке? - спросила девушка, вспоминая о том, нынче ночью в заброшенной лавке весьма многолюдно. Кстати, о людях, вернее о маленьких "неправильных" девочках и их друзьях... - Это Яло и Гурд. Они... Мы познакомились только что. Я решила, что не самым разумным будет разговаривать посреди улицы, и вот... - Герда смущённо замолчала и взглянула на Вольфганга. Даже не вопросительно, а просто чтобы удостовериться в том, что он ей не привиделся.



полная версия страницы